Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

ДУРНОЙ СОН

И снится страшный сон Обаме Президент-республиканец Барак Х. Обама был в омерзительном расположении духа. Он с отвращением и ужасом изучал результаты последних опросов общественного мнения. Все кривые его рейтинга неуклонно опускались вниз, вниз, все дальше вниз... И никакого просвета.

Впрочем, что же здесь удивляться, угрюмо думал президент. Еще удивительно, что показатель его популярности пока не опустился ниже психологически важного 30-процентного барьера. Могло бы быть гораздо хуже, учитывая неумолимую пропагандистскую кампанию, фактически тотальную войну на уничтожение, которую ведет против него прогрессивное общественное мнение во главе с якобы беспристрастной Большой прессой и аппаратом массовой культуры.

Неужели им никогда не надоест валить на Белый Дом вину за экономические неурядицы, переживаемые страной? Разве они забыли, что он унаследовал экономический спад от Джорджа Буша? И с чего это они с таким увлечением поливают его грязью за раздувающийся, как воздушный шар, дефицит государственного бюджета? Не помнят, что ли, что в течение четырех десятилетий, когда демократы располагали абсолютной властью в Конгрессе, они с увлечением транжирили деньги, в том числе и заемные, и никого это особенно не волновало?

Спасибо Хиллари Клинтон: если бы не она, неизвестно, куда бы это все завело. Но бешено честолюбивая первая леди, попытавшаяся прибрать к рукам всю систему здравоохранения Америки, настолько ретиво взялась за дело, настолько напугала избирателей, что на следующих выборах в 1994 году ее партия потерпела сокрушительное поражение и уступила большинство в обеих палатах Конгресса республиканцам.

А те быстро навели финансовую дисциплину, легко преодолев сопротивление президента Билла Клинтона, заметно ослабленного стараниями своей драгоценной супруги. Что, впрочем, не помешало Клинтону впоследствии приписать себе заслугу за ликвидацию бюджетного дефицита и реформу велфэра, по праву принадлежащую республиканскому Конгрессу, сухо усмехнулся про себя президент Обама.

Однако при его предшественнике финансовые трудности, сопряженные с войной против исламофашизма и цикличным экономическим спадом, вновь потребовали дефицитного финансирования. Демократическая оппозиция, не упускавшая ни малейшей возможности демонизировать Джорджа Буша, ухватилась за этот факт и стала трубить на всех углах, что бюджетный дефицит это первородный грех государства и самая страшная угроза существованию нации и всего человечества. Старания врагов администрации увенчались полным успехом: народ, который до тех пор никогда не обращал внимания на то, как верстается федеральный бюджет, поверил, что бюджетный дефицит это источник всех бед. И теперь он, Обама, оказался в бюджетной ловушке.

Еще более тяжелый жернов на его шее Афганистан. Левые пацифисты, остро ностальгирующие по славным денечкам своей молодости, когда им удалось добиться поражения своей страны во вьетнамской войне, мобилизовались против афганской войны с целью парализовать администрацию Обамы и подорвать его шансы на переизбрание в 2012 году.

Что можно противопоставить цифрам людских потерь в Афганистане, ежедневно со смаком зачитываемым по всем телевизионным каналам? Как парировать непрерывный поток убийственной информации, сливаемой из ЦРУ и Пентагона в газеты? Народ имеет право знать, что творится в правительстве! торжествующе трубит пресса в ответ на слабые возражения Белого Дома, что от этих разоблачений польза только врагам Америки.

Есть ли у него хоть какой-то шанс против единого фронта прессы, голливудской знати, профсоюзов, которые постоянно держат наготове летучие отряды громил для участия в акциях прогрессивной общественности, и безмозглых, но брызжущих энергией студентов, сыгравших такую важную роль в его избрании, но теперь распропагандированных его левыми противниками?

Единственная малая толика утешения, если можно его так назвать, это вице-президент Джо Байден, частично отвлекающий на себя огонь, который в противном случае предназначался бы для него, президента. Пока Байден оставался демократом, пресса старательно игнорировала все нелепицы и откровенно лживые заявления, бурными потоками изливавшиеся наружу всякий раз, когда он открывал рот. Ну. что с него взять, с нашего старины Джо, добродушно посмеивались газетчики, успешно преодолевая искушение порезвиться за счет сенатора от Делавэра.

Но не успел Байден объявить, что переходит в Республиканскую партию, как добродушие с них немедленно слетело, и они преисполнились благородным негодованием при одной мысли о том, что этот бездумный пустомеля занимает столь ответственное положение. По Байдену был произведен бортовой залп такой силы, что рядом с ним беспрецедентная по низости и масштабам клеветническая кампания против Сары Пэйлин показалась бы легкой прогулкой.

С той только разницей, что в отношении вице-президента его новым врагам не пришлось затрудняться, придумывая, чем бы его вымазать, ибо бездна байденовских перлов была у всех на виду. Авторы разгромных статей и сатирических телевизионных программ со страстью кинулись разоблачать старину Джо, компенсируя себя за былую сдержанность, продиктованную партийной солидарностью.

Можно было предположить, что Обаме обеспечена поддержка афроамериканского сообщества. Неужели оно даст в обиду первого чернокожего президента в истории Америки? Но ожидания не оправдались. Оказалось, что для негритянских лидеров, которым беспрекословно повинуется рядовая масса их соплеменников, цвет кожи не единственное соображение. Они поддерживают своих, но только при условии, что те не нарушают идеологическую конвенцию. При таком раскладе консервативный афроамериканец третируется как враг, как пария, как расовый предатель, которому нет пощады.

Президент с горечью вспоминает урок, преподанный на губернаторских выборах в Пенсильвании республиканскому кандидату Линну Суонну куда более сильному кандидату, чем он сам. Невзирая на то, что Суонн зарекомендовал себя в предвыборной кампании как исключительно знающий и компетентный политик, невзирая на то, что он не просто знаменитый в прошлом спортсмен, а настоящая футбольная легенда, он смог получить лишь 7% голосов негритянских избирателей меньше, чем Джордж Буш-старший на президентских выборах 1992 года. В глазах суперлиберального негритянского электората консервативные убеждения их соплеменника перевесили расовую солидарность.

Когда полицейские при аресте накуренного и наколотого Родни Кинга пустили в ход дубинки, пытаясь унять сопротивлявшегося аресту хулигана, лос-анджелесское гетто запылало. Казалось, все его население вышло на улицы, чтобы протестовать против расизма (хотя главными объектами протестов по какой-то таинственной причине стали корейские торговцы). Печать и политики, включая насмерть перепуганного президента Джорджа Буша-старшего, единодушно осудили полицию.

Когда же профсоюзные громилы на днях избили ногами консервативного негра в Сент-Луисе на встрече избирателей с конгрессменом-демократом Рассом Карнаханом, реакцией со стороны афроамерикнских лидеров было презрительное равнодушие, а со стороны масс-медиа оглушительное молчание. Где же справедливость? угрюмо подумал Обама.

А тут еще удар ножом в спину со стороны госсекретаря Хиллари Клинтон, поднявшей открытый мятеж. По следам сокрушительной серии статей в New York Times с красноречивым описанием внешнеполитических провалов администрации Обамы подлая баба созвала пресс-конференцию и объявила, что не желает брать на себя ответственность за неопытность и наивность президента (Я вас предупреждала по время предвыборной кампании!) . Президент Обама потерпел полный крах, и она не желает идти ко дну вместе с ним. Она сожалеет, что в духе надпартийности согласилась примкнуть к республиканской администрации, и намерена не медля исправить свою ошибку. Она слагает с себя полномочия главы внешнеполитического ведомства, с тем чтобы без помех начать готовиться к следующим президентским выборам.

Куда ни повернись, горизонт окутан черными тучами, нигде ни единого просвета, в отчаянии думает Обама. Ситуация настолько мрачная, что пресса все более смело и открыто обсуждает: сможет ли он усидеть в Белом Доме до самого конца своего первого срока (о переизбрании никто уже не говорит)? Что делать? Осталась ли какая-нибудь надежда на спасение?...

* * *

Президент-демократ Барак Х. Обама проснулся в холодном поту. Что это было сон или реальность? Несколько мгновений он лежал не шевелясь, затем открыл глаза и со страхом огляделся. Нет, кажется, ничего не изменилось. Он нажал кнопку телевизионного пульта и стал в ужасе ждать, что появится на экране. По привычке он, не думая, включил любимый канал NBC самый верный, без лести преданный союзник его администрации и стал смотреть репортаж о нацистских вылазках хулиганов, под видом протеста против предлагаемого демократами проекта реформы системы здравоохранения дающих выход своей звериной ненависти к первому негритянскому президенту в истории страны. А вот еще лучше: ведущий объявляет, что любая попытка налепить на президента Обаму ярлык социалиста признак расизма.

Обама приободрился. А что идет по другому, тоже хорошему каналу CBS? И там все в порядке: сенатор-демократ от Калифорнии Барбара Боксер объясняет телезрителям, что участники антиобамовских протестов все сплошь наймиты презренных страховых компаний, взятых демократическими политтехнологами на прицел как главные злодеи и супостаты. Бесстрашная Барбара привела неотразимое доказательство того, что протестанты не могут быть простыми людьми: слишком хорошо они одеты.

Верно, подумал президент, как это мне самому в голову не пришло? Ведь действительно, все эти толпы, собирающиеся на встречи с несчастными конгрессменами, состоят сплошь из явных буржуев в целых рубашках, брюках без единой прорехи, нарочито чистых и опрятных. Ни одной нечесаной бороды, ни одной взлохмаченной, немытой, кажется, с Вудстокского фестиваля головы, ни лохмотьев, от которых даже на расстоянии понятно разит застарелым потом. Словом, ни одного нашего человека. Молодец Барбара, права, ох, как права!

А что дают на ABC? И здесь все в норме диктор с выражением зачитывает статью спикера Нэнси Пелоси и лидера демократического большинства в Палате представителей Конгресса Стени Хойера, где они прямо и откровенно говорят, что все, кто не согласен с президентом Обамой, это антиамериканское отребье. Диктор отрывается от текста, чтобы напомнить, что ранее спикер Пелоси совершенно справедливо отметила, что участники протестов сплошь террористы и нацисты, размахивающие плакатами со свастикой. А вот и конгрессмен из Мичигана Джон Дингел, почти полвека заседающий в Конгрессе он заклеймил несогласных с ним избирателей куклуксклановцами.

Взгляд Обамы падает на последний номер организатора, горлана, главаря, главного рупора прогрессивного общественного мнения газеты New York Times. Браво! На первой полосе разгромная статья о республиканских громилах, выдающих себя за озабоченных граждан. Флагман Большой прессы выражает восхищение мужеством тех немногих законодателей-демократов, которые рискуют предстать перед беснующимися толпами, скандирующими фашистские лозунги вроде Прислушайтесь к нашему голосу! или Читайте свои законопроекты! (Им ведь ясно объяснил тот же конгрессмен Стени Хойер, что невозможно прочесть за два дня документ на полторы тысячи страниц: зачем же орать и размахивать руками? с возмущением думает президент).

Отдельная статья в газете посвящена инциденту в Сент-Луисе, изо всех сил раздуваемому троглодитами с ток-радио. Люди должны знать правду о том, что произошло, пишет New York Times: некий чернокожий хулиган, похвалявшийся своими консервативными взглядами (ясно, что платный провокатор, консервативных афроамериканцев не бывает!), угрожающе подступил к группе законопослушных граждан, настырно навязывая им флажок с девизом Американской революции XVIII изготовившаяся к атаке змея и надпись Не наступай на нас.

Естественно, жертвам безобразного нападения (по случайному совпадению оказавшимся профсоюзными активистами) пришлось обороняться. Ничего страшного агрессивный мерзавец провел ночь в больнице и некоторое время должен будет разъезжать в инвалидном кресле. Но хотя он легко отделался, пусть это послужит предостережением другим наймитам капитала: американские патриоты не потерпят подобных мерзких провокаций, зловеще заключила New York Times.

На глаза Обамы навернулись радостные слезы. Никаких сомнений более не осталось: страшные видения, от которых ему все еще не по себе, не более чем кошмар. Ура! То был просто дурной сон. Какое счастье, что я демократ! подумал президент Обама, и из его груди вырвался глубокий вздох облегчения.

Август 2009 г.

Оставить отзыв