Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

БЕЗДОННАЯ СКВАЖИНА

 

Резкий взлет цен на нефть вновь породил страхи, что нефтяные богатства земных недр близки к исчерпанию и что человечество стоит на пороге невиданного энергетического кризиса. Подобные пессимистические настроения охватывают общество при каждом скачке цен на нефть, которые, повинуясь закономерностям бизнес-цикла, происходят с регулярностью чередования приливов и отливов приблизительно раз в десять лет.

 

Но нынешняя тревога еще более усиливается зловещими предупреждениями о том, что объем добычи на нефтепромыслах главного поставщика черного золота на мировой рынок – Саудовской Аравии – достиг пика и вскоре начнет неуклонно снижаться. С аналогичными предупреждениями выступают и промысловики другой ведущей нефтяной державы – России.

 

Недавний опрос общественного мнения показал, что 70% населения земного шара уверено в том, что запасы нефти подходят к концу, и лишь менее четверти респондентов считают, что земные недра содержат достаточно нефти, чтобы она могла надолго сохранять свои позиции в качестве главного энергоносителя, от которого зависит само существование технической цивилизации. Особенно силен пессимизм в Америке, где две трети опрошенных усматривают на горизонте явственные контуры надвигающегося нефтяного голода.

 

Насколько обоснованы эти страхи? В статье, помещенной на сайте frontpagemag.com, журналист Васко Кольмайер убедительно показывает, что дефицит нефти сродни всем другим жупелам, которыми регулярно пугают общество экокатастрофисты. На самом деле нефти в мире более чем достаточно, и ее достоверные запасы не только не убывают, но с каждым годом растут.

 

В 1882 году объем доказанных запасов нефти в мире исчислялся 95 миллионами баррелей. К 1926 году этот показатель возрос до 4,5 миллиарда баррелей, а еще через шесть лет – до 10 миллиардов. В 1944 году мировые запасы нефти достигали  20 миллиардов баррелей, к 1950 году они подскочили до 100 миллиардов, а в 1980 году составляли уже 648 миллиардов баррелей. В 1993 году доказанные мировые запасы черного золота возросли до 999 миллиардов баррелей, а в январе 2007 года Управление энергетической информации США оценило их в 1,3 триллиона баррелей.

 

Аналогичной была траектория роста нефтяных запасов и в Америке. В 1885 году Геологическая служба США объявила, что вероятности обнаружения нефти в недрах Калифорнии “практически не существует”, а спустя несколько лет выдала аналогичный прогноз в отношении Канзаса и Техаса. В 1939 году министерство внутренних дел (напомню, что в Америке МВД не несет охранных функций, а лишь ведает природными ресурсами) объявило, что нефти на территории Америки осталось всего на 13 лет.

 

В 1949 году министр внутренних дел объявил, что нефтяные месторождения на территории страны практически истощены. В 1974 году Геологическая служба, как видно, ничему не научившаяся на своих прежних ошибках, сообщила, что запасов природного газа в США осталось не больше чем на 10 лет. (Американская газовая ассоциация настроена более бодро: по выкладкам ее специалистов, богатств американских газовых месторождений при нынешних темпах потребления хватит надолго – от 1000 до 2500 лет.)

 

В силу этой динамики нетрудно предсказать, что горизонт нефтяного голода непрерывно удаляется по мере приближения к нему. В 1986 году ученые подсчитали, что наличных, т.е. доказанных запасов нефти в мире хватит на 38 лет. Исходя из этого предсказания, на сегодняшний день нефти должно было бы оставаться всего на 17 лет. Но поскольку показатель доказанных запасов непрерывно растет, новейший прогноз отодвигает конец нефтяной эры на 40 с лишним лет.

 

И можно не сомневаться, что и 10, и 20, и 30 лет спустя ситуация будет повторяться, и ученые в своих прогнозах будут каждый раз все дальше и дальше относить в будущее роковой рубеж. Ведущая американская энергетическая консалтинговая группа Cambridge Energy Research Associates предсказывает, что к 2015 году объем доказанных запасов нефти в мире возрастет еще на 25%.

 

Но как же так? Выходит, что чем больше нефти расходует человечество, тем больше ее остается в земле? Ситуация, прямо скажем, парадоксальная. Однако парадокс этот только кажущийся. Наука и техника не стоят на месте, и непрерывный прогресс в области разведки и добычи нефти постоянно раздвигает горизонты энергетики.

 

В конце прошлого года под дном Атлантического океана в секторе Тупи бразильских территориальных вод было обнаружено огромное нефтяное месторождение, промышленный потенциал которого геологи оценили в 8 миллиардов баррелей нефти – второе по объему запасов месторождение, открытое за последние 20 лет.

 

Прошло всего два месяца, и неподалеку было открыто другое, еще более крупное подводное месторождение. По оценкам геологов, в нем может содержаться до 30 миллиардов баррелей нефти. Если прогноз подтвердится, это месторождение станет третьим по величине в мире после Гаварского в Саудовской Аравии и Бурганского в Кувейте, а Бразилия войдет в число ведущих мировых поставщиков нефти.

 

Специалисты не сомневаются, что усиленная разведка на нефть, подстегиваемая чрезвычайно высокими ценами, в недалеком будущем принесет аналогичные открытия и в других районах земного шара.

 

Прирост запасов нефти также происходит за счет непрерывного совершенствования техники бурения, благодаря чему сегодня стало возможным осваивать месторождения, недоступные еще несколько лет назад из-за чрезмерной глубины залегания или сложных геологических условий. Современная техника, позволяющая бурить на глубину до 10 километров и прокладывать горизонтальные скважины, открыла для освоения целый сонм новых месторождений.

 

Рост цен также резко повысил привлекательность нефти из трудных месторождений. По мере роста цен все больше и больше промыслов такого типа переходят в разряд рентабельных.

 

Наконец, совершенствование технологии нефтедобычи позволяет заново открыть для повторной эксплуатации пласты, при старом уровне техники считавшиеся истощенными. На каждом данном уровне технического и экономического развития из нефтеносного пласта можно добыть не более определенной доли содержащейся в нем нефти. Несколько десятков лет назад этот показатель нефтеотдачи пласта не превышал 20%, к сегодняшнему дню технический прогресс позволил довести его до 40%.

 

Совместным действием всех этих факторов и объясняется постоянный прирост запасов нефти на фоне непрерывного увеличения темпов ее потребления.

 

Но ведь пластовой нефтью энергетические ресурсы далеко не исчерпываются. Куда более крупные количества жидкого топлива заключены в других полезных ископаемых – горючих сланцах, битуминозном песчанике и угле. Как извлекать из них нефть, известно давно, но до недавних пор ее себестоимость была слишком высока, чтобы можно было говорить о крупномасштабном промышленном производстве: баррель нефти, синтезированной по существующим технологиям, стоил от 40 до 90 долларов, то есть выше рыночной цены.

 

Однако скачок цен на рынке нефти в корне изменил ситуацию. На глазах зарождается гигантская индустрия, которая со временем, возможно, затмит нынешнюю нефтедобывающую отрасль. Ибо в одних только разведанных месторождениях горючих сланцев заключено более трех триллионов баррелей горючего – в два с лишним раза больше нынешних мировых запасов пластовой нефти.

 

Важно отметить, что почти три четверти запасов горючих сланцев находятся на территории Америки. По оценке Бюро землеустройства, в одном только гигантском месторождении Грин-Ривер, простирающемся на территории трех штатов – Колорадо, Юты и Вайоминга, – содержатся 800 миллиардов баррелей жидкого топлива в пересчете на нефть, т.е. в три раза больше доказанных нефтяных ресурсов Саудовской Аравии. При нынешних темпах потребления нефти Америка сможет в течение 110 лет полностью покрывать все свои нужды в ней за счет горючих сланцев Грин-Ривер.

 

Другой потенциально громадный источник жидкого топлива – уголь. Технология сжижения угля существует с 20-х годов прошлого столетия. Германия, не обладавшая собственными источниками нефти, во время Второй мировой войны стала первой страной, которая в промышленных масштабах обеспечивала себя синтетическим жидким топливом из угля.

 

И здесь Америка оказывается в очень выгодном положении: на ее территории находится 27% мировых промышленных запасов угля. Угольные месторождения одного лишь штата – Иллинойса – по энергетическому эквиваленту равны всем нефтяным богатствам Саудовской Аравии. Подсчитано, что при стандартной норме переработки угля на жидкое топливо (два барреля из тонны) разведанные запасы угля в американских недрах по энергетическому эквиваленту в 20 раз превышают доказанные запасы нефти. А это значит, что сжиженный уголь сможет с избытком покрывать потребности страны в топливе в течение двух столетий.

 

Но даже уголь бледнеет рядом с битуминозным песчаником, в котором, по оценкам специалистов, заключено две трети мировых запасов нефти. Залежи битуминозного песчаника имеются во многих странах, но с американской точки зрения важно, что особенно велики их запасы в демократической, стабильной и дружественной Америке Канаде. С учетом этой нефти наш северный сосед по энергетическому потенциалу уступает лишь Саудовской Аравии.

 

Канадские месторождения битуминозного песчаника содержат 1,7 триллиона баррелей нефти, из которых около 10% могут рентабельно добываться по существующей технологии при нынешнем уровне цен. На долю битуминозного песчаника приходится около одного миллиона баррелей, т.е. около 40% нефти, производимой в Канаде, и эта пропорция растет из года в год.

 

Вопреки расхожим представлениям о структуре американского нефтяного импорта, главным поставщиком нефти на американский рынок является не Саудовская Аравия, а Канада. На ее долю приходится приблизительно одна пятая нефти, покупаемой Америкой за рубежом. Потенциальная важность канадских месторождений битуминозного песчаника очевидна: запасов нефти, заключенных в песчанике одной лишь провинции Альберта, хватит, чтобы покрыть все потребности Соединенных Штатов в энергоносителях в течение всего нынешнего столетия.

 

Между прочим, битуминозный песчаник есть и в Америке. Его запасы не столь впечатляющие, как у Канады, но тем не менее достаточно солидные – 30 миллиардов баррелей нефтяного эквивалента. В конце 70-х годов была предпринята попытка наладить промышленное производство синтетического топлива из этого источника, но последовавшее вскоре после этого падение цен на нефть лишило проект всякого коммерческого смысла.

 

Нелишне отметить, что производители нефти на Ближнем Востоке зорко следят за развитием работ в области синтетического топлива и до недавних пор пресекали любую попытку вдохнуть в эту сферу новую жизнь, сбивая цены на свою продукцию и тем самым лишая рентабельности проекты получения топлива из новых источников. Но теперь, когда цены взвились до заоблачных высот, а резервные мощности Саудовской Аравии практически исчерпались, лишив ее возможности манипулировать нефтяным рынком, ничто не в состоянии остановить развитие этой отрасли.

 

Резюмируя, можно с уверенностью утверждать, что земные недра содержат более чем достаточно нефти, чтобы на многие десятилетия обеспечить полноценное функционирование технической цивилизации. Даже при самой консервативной оценке, исходя из предположения, что потребление нефти будет быстро расти, а новых крупных месторождений в мире больше не будет найдено, уже известной нефти с лихвой хватит на все наши нужды никак не меньше, чем на 100 лет.

 

Но это наиболее пессимистичный сценарий. В реальности же можно не сомневаться, что благодаря усиленной разведке и техническому прогрессу мировые запасы нефти в предстоящие годы будут, как и раньше, продолжать расти. По мнению гарвардского экономиста Мориса Эделмана, “количество нефти, которое будет поступать на рынок в ближайшие 25-50 лет, можно считать практически бесконечным”.

 

Эти перспективы были бы еще лучше, если бы не политические тормоза. Не будь их, вполне возможно, что мы сегодня не говорили бы обо всех этих дополнительных и экзотических источниках нефти. Америка обладает нешуточными запасами традиционной – пластовой нефти, которые в теории позволили бы ей полностью удовлетворять свои нужды за счет отечественного производства.

 

Специалисты оценивают потенциальные запасы нефти на континентальном шельфе США у тихоокеанского, атлантического побережья и в Мексиканском заливе, а также в недрах заповедника АНВАР на Аляске, в 112 миллиардов баррелей. Однако эта нефть не только не добывается, но запрещено даже вести разведочное бурение: все поползновения освоить нефтяные богатства американских недр решительно пресекаются могущественным «зеленым» лобби.

 

Модная «зеленая» идея пользуется прочной поддержкой в Конгрессе. Демократы в обеих палатах категорически отказываются сделать что-либо для уменьшения зависимости страны от импорта нефти, хотя тема эта не сходит у них с языка – но только в абстрактном смысле, в виде благих пожеланий и предвыборных обещаний. Когда же дело доходит до конкретных мер, они стоят насмерть.

 

А если и удается чудом продавить через Конгресс какой-то проект, его блокирует Белый Дом. Так было, например, в 1995 году, когда президент Клинтон наложил вето на законопроект, санкционировавший добычу нефти в АНВАРе, в недрах которого, по оценкам специалистов, залегает от 10 до 16 миллиардов баррелей.

 

Между прочим, Хиллари Клинтон, в ходе предвыборной кампании убивавшаяся по поводу опасной и позорной зависимости своей страны от импорта нефти, семь раз голосовала в Сенате против освоения национальных богатств Америки. Такой же позиции придерживается ее соперник Барак Обама и республиканский кандидат Джон Маккейн. Так что, кто бы ни стал президентом, положение не изменится: «зеленые» будут по-прежнему задавать тон в коридорах власти.

 

Безусловно, не последнюю роль играют тут деньги ближневосточных нефтяных богачей, никак не заинтересованных в ослаблении своих финансовых и политических позиций. Не за красивые же глаза Саудовская Аравия на протяжении десятилетий раздавала хлебные синекуры отставным законодателям и ведущим сановникам прошлых администраций. Благодаря этому ее интересы в Вашингтоне лоббируются чрезвычайно мощной и влиятельной группировкой бывших государственных и политических деятелей, сохранивших все свои связи.

 

Но главное – это, конечно, исключительно эффективная экологическая пропаганда. «Зеленые» агитаторы, располагающие практически неограниченными средствами и безраздельной поддержкой прессы, успешно промывают мозги темному населению, запугивая его призраком экологического апокалипсиса, который грянет, если “девственная природа будет принесена в жертву алчности нефтяных магнатов”.

 

Пора бы американцам осознать несколько простых истин. Нефть, природный газ и уголь являются фундаментом современной цивилизации: не будь их, человечество было бы отброшено в каменный век. Реальной альтернативы ископаемому топливу не существует, и такое положение сохранится по меньшей мере еще на несколько десятков лет. Нужно смириться с реальностью и исходить в энергетическом планировании из этого факта, сколь бы печальным он ни казался некоторым.

 

С практической точки зрения альтернативные виды энергии – фикция, салонная забава для досужих умов, мечтающих о построении на земле экологического рая. И хорошо еще, если подобные проекты носят умозрительный  характер и не причиняют особого ущерба. В противном случае всем нам приходится платить дорогой ценой за завиральные фантазии слепых в своем невежестве природолюбов.

 

За примерами далеко ходить не надо. Взять хотя бы санкционированную Конгрессом и – увы – Белым Домом шизофреническую кампанию за то, чтобы сжигать в автомобильных двигателях вместо бензина хлеб (в виде кукурузного спирта). Американские фермеры, привлеченные щедрыми государственными субсидиями, пускают существенную часть выращенного ими зерна на производство горючего. Треть американского урожая кукурузы перерабатывается на спирт.

 

Естественно, что сокращение производства продовольственного и кормового зерна вызывает заметный рост цен на продовольствие. С 2000 года мировые цены на основные продукты питания возросли на 75%. Хочется надеяться, что наши правители устрашатся хлебных бунтов, сообщения о которых все чаще мелькают в печати, и сделают из них должные выводы, обуздав свои «прогрессивные» порывы.

 

(Тут следует отметить, что вывод зерна из продовольственного оборота – не единственная причина растущей дороговизны продовольствия. Еще более весомый фактор – рост благосостояния населения многих стран Третьего мира и в первую очередь Китая и Индии: с появлением лишних денег люди в первую очередь заботятся о своем рационе. Тем не менее, в условиях бурного роста спроса на продукты питания, переводить существенную часть урожая зерновых на топливо – чистое безумие.)

 

Атомную энергетику «зеленые» полностью заблокировали еще три десятилетия назад, после аварии на атомной электростанции на острове Тримайл-айленд в Пенсильвании. В этой аварии, сопровождавшейся частичным расплавлением активной зоны реактора, никто не пострадал и не произошло даже ничтожного выброса радиации. Но вместо того, чтобы признать инцидент торжеством систем аварийной защиты, его раструбили как чудовищную катастрофу, а «Тримайл-айленд» был превращен в символ грозной опасности, надвигающейся на человечество.

 

В последнее время в сравнительно рациональной категории «зеленых» появились некоторые признаки отрезвления. По иронии судьбы оно было порождено страхом перед другим фантомом - глобальным потеплением и, соответственно, отталкиванием от ископаемого топлива, сжигание которого сопровождается выбросами “парникового” углекислого газа. Многие из тех, кто истово верует в «зеленую» идею, а не воспринимает ее как очередное орудие для уничтожения капиталистического строя, начали осознавать, что атомная энергия – экологически наиболее чистая. Вновь пошли разговоры о продлении лицензий существующих атомных электростанций и даже о строительстве новых АЭС.

 

Но, во-первых, критическая масса в пользу атомной энергетики в общественном мнении еще не сложилась. Во-вторых, для того, чтобы построить и пустить в эксплуатацию атомную электростанцию, нужно не менее 12-14 лет. Поэтому в ближайшей перспективе “мирный атом” – не выход из положения.

 

Альтернативным источникам энергии принадлежит ничтожная доля в энергетическом балансе Америке. Революционных технологических прорывов, без которых подобные альтернативы не смогут серьезно конкурировать с ископаемыми энергоносителями, на горизонте пока не видно. Поэтому несерьезно говорить о том, что ветряки, биомасса, солнечные батареи и прочие модные источники энергии смогут в скором времени заменить нефть и уголь. В отдаленном будущем – может быть, а пока альтернативная промышленная энергетика – мираж, модная тема для салонной болтовни.

 

Вместо того, чтобы тратить время и деньги на проталкивание вредных, неэффективных или чрезмерно дорогих проектов, правительству следовало бы заняться устранением всех барьеров, стоящих на пути эксплуатации обильных природных ресурсов Америки. Вместо того, чтобы стенать от горя или предаваться маниловским мечтаниям, нужно сосредоточиться на развитии и совершенствовании традиционной энергетики, благо запасов ископаемого топлива, как мы убедились, хватит надолго.

 

А тем временем можно будет спокойно и планомерно заниматься изысканиями в области альтернативных и новых источников энергии. Уроки истории подсказывают, что рано или поздно экспериментальные виды энергии достигнут уровня промышленной рентабельности или появятся принципиально новые, пока еще неведомые энергоносители, и ископаемое топливо по велению свободного рынка присоединится в музее цивилизации к кремневым орудиям, гужевому транспорту и парусному флоту. Ибо нет такой проблемы, которую не мог бы решить человеческий гений. При условии, однако, что ему не мешают.

 

Май 2008 г.

Оставить отзыв