Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

КОЗЫРНАЯ КАРТА ИРАНА

 

Ракетные испытания, проведенные Ираном несколько недель назад, не вызвали на Западе ничего, кроме презрительного смеха. Тегеран хвастливо обещал показать образцы новых ракет большой дальности, с помощью которых Исламская Республика сможет угрожать всей Европе, а в недалеком будущем – и самому “Великому Шайтану” – Америке.

 

Но специалисты без труда установили, что на самом деле было запущено несколько старых ракет типа СКАД (северокорейская технология, скопированная с советского образца) сравнительно малой дальности. При этом иранцы прибегли к примитивному обману, заретушировав официальный снимок одновременного запуска группы ракет, чтобы скрыть, что одна из них не сработала. “Дикари, что с них взять”, - усмехались западные специалисты.

 

Однако доктору Уильяму Грэму было не до смеха. От его внимания не укрылось, что параллельно опереточным наземным испытаниям иранцы успешно запустили ракету с плавучей платформы в водах Каспийского моря. “У них есть прекрасные наземные полигоны для испытания ракет малой и даже средней дальности. С чего это им понадобилось проводить морские испытания? ” – спросил себя доктор Грэм. Еще больше его встревожило другое испытание, в котором макет боезаряда был приведен в действие не над целью, а в апогее своей траектории.

 

Уильям Грэм, занимавший пост советника президента по науке в администрации Рейгана, возглавляет учрежденную Конгрессом в 2001 году Комиссию по оценке угрозы нападения на Соединенные Штаты с применением электромагнитного импульса (ЭМИ). В апреле комиссия выпустила доклад с предупреждением, что угроза коварного ядерного нападения со стороны пиратской страны или террористической группы носит вполне реальный характер.

 

Изучив иранские испытания, комиссия Грэма без особого труда пришла к однозначному заключению: иранские ракетчики пытаются освоить технику морского запуска оснащенной ядерной боеголовкой ракеты, предназначенной взорваться над территорией США и генерировать мощный электромагнитный импульс.

 

“Если взорвать даже примитивный ядерный заряд на высоте от 40 до 400 километров, образовавшийся при взрыве электромагнитный импульс в считанные доли секунды выведет из строя критически важную инфраструктуру, включая средства военной и гражданской связи, производства и передачи электроэнергии, транспорт, системы водоснабжения, хранения и перевозки пищевых продуктов и т. д.”, - предупреждалось в докладе комиссии.

 

О том, чем это грозит, доктор Грэм пояснил на слушаниях Комитета по делам вооруженных сил Палаты представителей Конгресса и в выступлении на частной конференции по проблемам противоракетной обороны, состоявшейся в середине июля в Дирборне, штат Мичиган, под эгидой консервативного Клермонтского института. Видный журналист Кеннет Тиммерман рассказал о сути его замечаний.

 

В краткосрочной перспективе такое нападение, не сопряженное с немедленными человеческими жертвами, тем не менее грозит куда более тяжелыми последствиями, чем обычный ядерный удар по какому-либо крупному американскому городу, сказал доктор Грэм: “Первым признаком атаки с применением ЭМИ будет выход из строя энергосистем и почти всех средств телекоммуникаций, хотя сами мы не испытаем никаких вредных ощущений”.

 

Но последствия нападения, подобно кругам, расходящимся по воде от брошенного камня, будут лавинообразно нарастать. На дорогах и улицах городов возникнут гигантские автомобильные заторы, поскольку электронные цепи, образующие основу систем управления современных автомобилей, будут сожжены электромагнитным импульсом.

 

Даже если охваченным паникой автомобилистам и удастся дозвониться до технической помощи, механикам не на чем будет до них добраться. Эра автотранспорта в одночасье канет в Лету, миллионы машин превратятся в бесполезные груды металлолома.

 

С отказом электронной системы сигнализации будут полностью парализованы и железные дороги. Выйдут из строя системы энерго-, водо- и газоснабжения. Паралич поразит систему распределения продуктов питания. Разморозятся холодильные склады, и огромные запасы скоропортящихся пищевых продуктов сгниют. Даже складам с автономными дизель-генераторами не удастся избежать общей участи: их нечем будет заправлять, ибо остановятся бензовозы и выйдут из строя насосы для их заправки горючим.

 

“Привычные бытовые удобства исчезнут, и мы сможем рассчитывать только на наличные ресурсы у себя под рукой и в пределах пешей досягаемости. Страна буквально во мгновение ока будет отброшена на два столетия назад, с той только разницей, что населения у нас сейчас на порядок больше, а ресурсов на порядок меньше, чем в Америке начала XIX века”, - констатировал доктор Грэм.

 

Через неделю-другую после нападения начнут умирать люди, хотя ядерное нападение с применением ЭМИ не связано с действием привычных поражающих факторов – таких, как световое излучение, ударная волна, проникающая радиация, радиоактивное заражение. Но современная цивилизация не может существовать без технических средств, от которых зависит буквально все  – от снабжения продовольствием и водой до функционирования органов поддержания общественного порядка и гражданской власти.

 

Первыми начнут погибать больные в стационарах, особенно те, чья жизнь поддерживается с помощью медицинской аппаратуры. Вследствие прекращения подвоза продуктов питания разразится массовый голод, из-за отсутствия чистой воды вспыхнут эпидемии, откажут социальные тормоза и в силу вступят законы джунглей, вспыхнет война всех против всех. Население страны начнет стремительно сокращаться.

 

Для того, чтобы оценить, сколько людей выживет после нападения, уничтожившего инфраструктуру современной технической цивилизации, доктор Грэм рекомендует обратиться к началу позапрошлого века и посмотреть, сколько людей в состоянии прокормить экономика, лишенная механизированного сельского хозяйства, транспорта, электроэнергии, водоснабжения и связи. По подсчетам специалистов, после такой атаки население страны сократится на 70-90%, т.е. приблизительно до 30 миллионов человек.

 

Именно такова была численность населения Америки в первые десятилетия после завоевания ею независимости от британской короны. Современная экономика исчезнет, ей на смену придет первобытный хозяйственный уклад, сложные коммерческие отношения заменит примитивный бартер,  заключила Комиссия по ЭМИ в недавно опубликованном докладе по Критической национальной инфраструктуре.

 

На слушаниях в Конгрессе Уильям Грэм отметил, что иранская военная периодика пестрит статьями, переведенными ЦРУ по просьбе его комиссии, где “оживленно и без обиняков обсуждается возможность нанесения по Соединенным Штатам парализующего ядерного удара с применением ЭМИ”.

 

В мае 2007 года Джон Руд, тогда занимавший должность заместителя госсекретаря, доложил Конгрессу, что по оценке американских разведывательных служб Иран сможет обзавестись межконтинентальными ядерными ракетами, способными достичь территории США, не ранее 2015 года.

 

Но Тегеран вполне может обойтись и без ракет, способных покрывать расстояния в тысячи километров. Вполне достаточно вкатить транспортер со старым СКАДом на палубу обыкновенного сухогруза – одного из тех, что во множестве бороздят морские пути у берегов Америки, и запустить ракету с его палубы. Именно такой вариант, похоже, и отрабатывался иранцами в испытаниях на Каспийском море. При таком варианте американцам никогда не удастся узнать, кто организовал нападение. Особенно если после старта ракеты затопить плавучую пусковую платформу, чтобы полностью замести следы.

 

О возможности подобной атаки на Соединенные Штаты первым публично предупредил, не называя Иран по имени, бывший министр обороны США Дональд Рамсфелд. В августе 2004 года, выступая в Хантсвилле, штат Алабама, он сказал, что “некая ближневосточная страна провела ракетное испытание с запуском баллистической ракеты с палубы грузового судна”.

 

“Оперативно-тактическую ракету малой дальности, вероятно модели СКАД, - продолжал Рамсфелд, - погрузили на мобильное установочно-пусковое устройство, вкатили его на палубу, отвели судно в открытое море, сняли с ракеты чехол, подняли ее в пусковое положение, произвели пуск, перевели установку в транспортное положение и накрыли ее брезентом. При этом следует отметить, что плавучая пусковая платформа была оснащена стандартным радиолокационным и электронным оборудованием, совершенно не отличаясь в этом отношении от десятков других судов, находившихся в том же районе акватория”.

 

Первое ракетное испытание подобного рода было проведено Ираном еще весной 1998 года и упомянуто в завуалированном виде спустя несколько месяцев Комиссией по оценке ракетной угрозы Соединенным Штатам, которую возглавлял тот же Рамсфелд. Кен Тиммерман, первый из журналистов сообщивший об иранском морском ракетном испытании в газете “Вашингтон таймс” в мае 1990 года, отметил, что против нападения с применением ЭМИ никакой защиты не существует.

 

Именно такое нападение, по-видимому, имел в виду президента Ирана Махмуд Ахмадинежад, заявивший недавно, что “легко представляет себе мир без Америки”. Во всяком случае, среди участников конференции в Дирборне на этот счет не возникло никаких сомнений.

 

На этом фоне особенно глупо выглядят маниловские надежды на то, что руководителей Исламской Республики можно склонить к уступкам посулами и увещеваниями. Уму непостижимо, с какой настойчивостью западные лидеры убаюкивают себя прекраснодушной верой во всемогущество дипломатии, в которой они видят ключ к решению всех международных проблем. Вопреки элементарной логике и горьким урокам истории среди них царит уверенность в том, что нет такой проблемы, которую нельзя было бы решить путем переговоров, нет такой угрозы, которую нельзя было бы утопить в словесной трясине, нет таких врагов, которых нельзя было бы образумить лаской и посулами.

 

Между тем в истории не было ни единого примера, чтобы агрессор позволил себя усовестить и отказался от своих планов. Наиболее яркий пример – позорный мюнхенский сговор 1938 года, когда Великобритания и Франция решили бросить Гитлеру на съедение Чехословакию в надежде на то, что он удовлетворится жирным отступным и оставит остальную Европу в покое. Но дармовой кусок только раздразнил аппетит агрессора. Прозорливый Уинстон Черчилль предупреждал, что попытки купить мир ценой бесчестья неизбежно ведут к утрате и чести, и мира.

 

Атомное оружие - это голубая мечта всех диктаторских режимов, волшебная палочка, гарантирующая им международное внимание и признание, верное средство укрепления позиций правителей, особенно в странах, переживающих экономические неурядицы. Если бы не ракетно-ядерный арсенал Пхеньяна, кто бы в мире удостоил вниманием нищего и вечно голодного северокорейского попрошайку?

 

Что же говорить об иранской теократии, одолеваемой манией величия и подталкиваемой велениями своей апокалиптической религии? Смешно полагать, будто иранцы откажутся от своих великодержавных амбиций, польстившись на посулы жалких льгот или испугавшись беззубых санкций, которыми пытается их напугать Запад (от серьезных карательных мер они надежно защищены Китаем и Россией с их правом вето в Совете Безопасности ООН).

 

В таких условиях переговоры на руку только Тегерану, который пользуется ими как дымовой завесой, под прикрытием которой можно без помех работать над созданием атомного арсенала. В то же время дипломатия убаюкивает западных лидеров, поощряя их к бездействию перед лицом иранской угрозы и к решительному противодействию малейшим поползновениям Америки и Израиля в сторону силового решения проблемы.

 

Следует полагать, что когда иранцы обзаведутся ядерным оружием, европейские лидеры облегченно вздохнут (слава Аллаху, проблема снята с повестки дня) и разведут руками – дескать, ничего не поделаешь, придется смириться с существующим положением. А тем временем американские левые, ныне делающие все, чтобы связать руки администрации и не допустить с ее стороны никаких резких мер в отношении Ирана, не переводя дыхания и с удвоенной энергией обрушатся на  Джорджа Буша, обвиняя его в том, что своей бездарной политикой он позволил такой опасной стране, как Иран, стать ядерной державой.

 

На самом деле в глубине души либералы вовсе не верят в иранскую опасность. Но если паче чаяния Иран действительно станет угрожать Западу – что ж, всегда есть надежная, испытанная доктрина сдерживания, которая в течение десятков лет охлаждала воинственный пыл Москвы. И если она так блестяще сработала против коммунистической угрозы, почему не положиться на нее в противостоянии с иранской теократией?

 

Однако мало кто из специалистов верит в то, что Тегеран можно отрезвить угрозой массированного удара возмездия. Они живо помнят леденящее кровь заявление бывшего президента Ирана Али Акбара Рафсанджани по поводу возможности обмена атомными ударами с Израилем. “Если мы применим атомную бомбу против Израиля, - сказал Рафсанджани в 2001 году, - мы сотрем его с лица земли. В то же время аналогичная атака со стороны Израиля лишь причинит нам известный ущерб, не угрожая нашему существованию. Не следует считать подобный сценарий совершенно нереальным”.

 

Как помешать Ирану в реализации его кровожадных планов? Можно, конечно, в частном порядке предупредить Тегеран, что любая атака на Соединенные Штаты, с чьей бы стороны она ни последовала, немедленно навлечет на Иран катастрофический удар возмездия, в результате которого он будет стерт с карты мира. Хочется верить, что не все в иранском руководстве – фанатики вроде Ахмадинежада, который только и мечтает, как бы спровоцировать вселенскую катастрофу – и тем самым, согласно шиитской догме, побудить “невидимого имама” возвратиться на грешную землю и спасти человечество.

 

Более трезвые иранские лидеры, наверное, все же не рвутся надеть мученический венец: им хочется жить и наслаждаться награбленным. Беда, однако, в том, что ничто в недавней истории не дает им оснований принимать всерьез американские предостережения, сколь бы грозно они ни звучали. В последние десятилетия Соединенные Штаты терпеливо сносили все провокации, после каждой пощечины торопясь подставить другую щеку. Потому-то так и удивился Усама бин Ладен резкой реакции американской администрации на теракты 11 сентября 2001 года.

 

Но Буш – исключение, другие американские лидеры – совершенно иной породы, рассуждают террористы и их пособники. Бушу вскоре предстоит сойти со сцены. И после его ухода, и особенно в случае воцарения Барака Обамы – типичного представителя леволиберальных кругов, исповедующих доктрину умиротворения, врагам Америки нечего будет бояться. Ввиду этого полагаться на угрозу возмездия, по-видимому, бессмысленно.

 

В таком случае остается только один вариант. Многие считают, что единственная реальная мера сдерживания Ирана – в том, чтобы упредить угрозу, не дать аятоллам приобрести атомное оружие и лишить их возможности нанесения удара с использованием электромагнитного импульса.

 

Конгрессмен-республиканец из Аризоны Трент Фрэнкс предложил законопроект, обязывающий министерство обороны начать подготовку к нанесению упреждающего удара по Ирану с целью уничтожить его ракетно-ядерный потенциал. “Атака на нашу страну с применением ЭМИ отбросит нас в эру гужевого транспорта, - сказал конгрессмен Фрэнкс на конференции Клермонтского института. – ЭМИ -  голубая мечта любого террориста, абсолютное оружие в асимметричной войне”.

 

По мнению доктора Грэма и других специалистов, Иран способна сдержать лишь высокая вероятность неудачи, т.е. перехвата выпущенной ракеты. А для этого, отметил конгрессмен Фрэнкс, Соединенным Штатам необходимо развернуть действенную систему противоракетной обороны.

 

Аналогичного мнения придерживается и другой аризонский законодатель- – сенатор-республиканец Джон Кайл, который убежден, что только наличие систем противоракетной обороны с орбитальными перехватчиками сможет сдерживать агрессивные порывы иранских вождей.

 

Соединенным Штатам “нужна система противоракетной обороны, достаточно мощная во всех своих элементах, чтобы отбить у потенциальных противников охоту связываться с нами, - сказал на конференции в Дирборне сенатор Кайл. – Только так следует действовать по отношению к пиратским режимам… только так можно  убедить в бесперспективности любых попыток бросить нам вызов те страны, с которыми мы сегодня не враждуем, но которые потенциально могут представить для нас опасность в будущем”.

 

Победа демократа Барака Обамы на предстоящих президентских выборах резко осложнит ситуацию, отметил сенатор Кайл. Обама не верит в серьезность иранской угрозы, как он без обиняков дал понять в одном из своих предвыборных выступлений, заявив, что “Иран – крохотная страна, которая никак не может представлять для нас опасности”, с убежденностью, которая делает честь скорее чистоте его идеологических риз, чем знанию элементарной географии.

 

Как все либеральные демократы, Барак Обама категорически не приемлет программу противоракетной обороны и, став президентом, собирается лишить ее финансовой поддержки. “Сенатор Обама заявляет, что он решительно против системы ПРО, и считает, что ассигнования на нее следует урезать на 10 миллиардов долларов” - сказал Джон Кайл. Чтобы по достоинству оценить, чем это грозит программе ПРО, укажем, что весь ее бюджет составляет 9,6 миллиарда долларов.

 

Август 2008 г.

Оставить отзыв