Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

ЗАРЯ НОВОГО ДНЯ

 

 

«Революция, о необходимости которой так долго говорили большевики, свершилась!»

 

В.И. Ленин 

Свершилось! Барак Обама избран президентом Соединенных Штатов - избран внушительным большинством, как ни считай: и по коллегии выборщиков, и по абсолютному числу поданных голосов.

И не стоит принижать масштабы его победы и искать какие-то ее тайные пружины. Да, избирательное жульничество, несомненно,  носило даже более вопиющий характер, чем обычно. Да, избирательная активность городского негритянского населения далеко превысила обычные 103%, на зависть коммунистическим вождям и ближневосточным тиранам. Но слишком уж велик разрыв между кандидатами, чтобы можно было отнести победу Обамы исключительно на счет махинаций его многопытных политтехнологов и рьяных сторонников.

Приходится признать, что американский народ выбрал именно того, кого хотел – об этом красноречиво свидетельствуют семь с лишним миллионов голосов, разделяющих победителя и его соперника.

Накануне выборов два гранда американской тележурналистики – знаменитый интервьюер Чарли Роуз и еще более знаменитый ведущий Том Броко – в приступе непривычной откровенности дружно пожимали плечами и дивились тому обстоятельству, что они, в сущности, не знают ровным счетом ничего о кандидате Демократической партии: кто он такой, каких убеждений придерживается, как видит мир и какие политические принципы исповедует?

 

Поистине лицемерие этих людей не знает пределов. На протяжении двух лет они с пламенным энтузиазмом агитировали за Барака Обаму, восхваляя его до небес и яркими красками расписывая его несравненные достоинства, а сейчас вдруг оказывается, что они понятия не имеют, кто он такой? Только нежелание обижать жриц любви унизительным сравнением не позволяет мне назвать проститутками этих представителей второй древнейшей профессии.

 

Маститые журналисты и их многочисленные собратья по цеху трудились не зря – благодаря их усилиям избиратели проголосовали за Барака Обаму, действительно не имея не малейшего представления о том, что он из себя представляет. При том, что и сам  Обама, и его напарник Джо Байден не раз проговаривались о своих истинных взглядах и намерениях.

 

Шахтеры Огайо и Пенсильвании отдали свои голоса кандидату, который обещает вогнать в гроб горную промышленность. Водители-дальнобойщики проголосовали за кандидата, которого вполне устраивают высокие цены на горючее и смущают лишь темпы их роста. Домохозяйки отдали предпочтение кандидату, который сулит им бурный рост цен на электронергию и собирается провести деиндустриализацию страны во имя идиотской идеи сокращения выбросов парниковых газов (на языке зеленых это называется “спасением планеты”).

 

Магнаты информационных технологий с энтузиазмом поддержали кандидата, который намерен из соображений “социальной справедливости” заняться “перераспределением богатств”. Раньше это называлось “отнять у богатых и раздать бедным”, или еще проще: “грабь награбленное”. “Прогрессивные” воззрения нового президента достаточно выпукло выразил один из его союзников – конгрессмен-демократ Джим Моран, публично осмеявший “наивную уверенность людей в том, что их деньги принадлежат им самим”.

 

Католиков, как видно, совершенно не смутил тот факт, что кандидат, которому они отдали свои голоса, не только стойко поддерживает идею аборта в третьем триместре (который, вероятно, было бы правильнее назвать детоубийством), но и единственным в сенате штата Иллинойса выступал против спасения младенцев, чудом уцелевших при аборте (это уж точно детоубийство, без всяких “вероятно”).

 

Евреи закрыли глаза на то, что многочисленные внешнеполитические советники Обамы – от Збигнева Бжезинского до Саманты Пауэр (всего - три сотни сабель, как хвастался сам Обама) – все как один “антисионисты” (так нынче любят именовать себя антисемиты), а его менторы и друзья вроде пастора Райта или лидера “Нации ислама” Луиса Фаррахана – просто лютые юдофобы самого зоологического толка.

 

Список можно продолжать едва ли не до бесконечности, но, думается, и без того ясно, что избиратели совершенно не задумывались над тем, кого выбирают на пост главы американского государства и правительства. Ничто не могло смутить их – ни загадочное, изобилующее белыми пятнами прошлое кандидата, ни его патологическая лживость, ни полное отсутствие у него какого-либо опыта, ни потоки чудовищных ляпов, изобличающих его абсолютное невежество, ни его окружение,  как на подбор состоящее из марксистов и радикалов, ни темные источники половины неимоверной суммы в 650 миллионов долларов, собранной Обамой на свою избирательную кампанию.

 

Реклама, в которой Джон Маккейн робко указывал на связи своего соперника с нераскаявшимся террористом Биллом Эйрсом, никак не повредила Обаме, зато бумерангом ударила по республиканскому кандидату. Избиратели просто не желали слышать ничего дурного о своем избраннике.

 

Любопытно, что в экзит-полах звучали одни и те же мотивы: «Кто из кандидатов более опытен?» – «Маккейн». «Кто из кандидатов заслуживает большего доверия в вопросах национальной безопасности?» – «Маккейн». «Кто из кандидатов более сильный и надежный лидер?» – «Маккейн». «Кто из двух кандидатов лучше подходит на должность президента?» – «Вне всяких сомнений, Маккейн». – «За кого вы проголосовали?» – «За Обаму»...

 

Оставим в стороне иррациональную жажду перемен (каких угодно - лишь бы перемен) со стороны горячей бездумной молодежи, а также чисто племенную солидарность афроамериканцев со “своим” кандидатом (наглядно продемонстрировавших, что кровь много гуще, чем демократическая водица). Главный вопрос: что побудило многие десятки миллионов рядовых американцев голосовать за Барака Обаму, самого радикального и самого неподготовленного кандидата в президенты в истории страны?

 

С точки зрения объективного наблюдатели, Обама полностью заслужил победу. Он на голову превосходил соперника в тактическом и организационном плане. В предвыборном штабе Джона Маккейна царили хаос и неразбериха, помощники кандидата дергали его из стороны в сторону, вместо того чтобы держать своего патрона в русле четкой предвыборной программы. В результате он метался от одной темы к другой, сбивая с толку избирателей, у которых поневоле создавалось впечатление, будто кандидат сам не знает, чего хочет.

 

При этом сенатор от Аризоны вел себя крайне предупредительно, едва ли не угодливо, по отношению к сопернику, до самых последних дней категорически отказываясь сказать о нем хотя бы одно нелестное слово и аки лев рыкающий обрушиваясь на своих союзников, осмеливавшихся критиковать Обаму.  Порой складывалось впечатление, что для Маккейна самое главное - не дать оснований заклеймить себя расистом, а победа на выборах – дело второе.

 

А вот кампания Обамы работала с точностью часового механизма, демонстрируя четкость и железную дисциплину. Все действия кандидата, вплоть до мелочей, были тщательно продуманы и рассчитаны на максимальный эффект. Сыграли свою роль и демагогические посулы, на которые не скупился Обама, обещавший, что с его избранием наступит золотой век. Наконец, кандидат Демократической партии располагал подавляющим финансовым превосходством над соперником, что позволило ему в последние недели буквально затопить своей рекламой штаты, где должна была решиться судьба выборов.

 

И тем не менее, несмотря на все свои преимущества, Обама вряд ли смог бы победить, если бы не подарок судьбы. В середине сентября грянул финансовый скандал невиданной силы, один за другим стали рушиться громадные банки, казавшиеся незыблемыми цитаделями капитализма, перед страной возник реальный призрак даже не рецессии, а повторения Великого экономического кризиса 1930-х годов. В короткий срок курсы акций на фондовых биржах обесценились почти на треть, соответственно полегчали и личные сбережения американских избирателей.

 

В такой ситуации стало ясно, что Маккейн, только-только вырвавшийся вперед, обречен. Финансовое цунами похоронило все его надежды. Разъяренные избиратели, пораженные в самое чувствительное место – в бумажник, воспылали жаждой мести, и, как всегда в таких случаях, объектом их ненависти стала партии власти, независимо от того, повинна она в кризисе или нет. Тем более что эту партию возглавлял крайне непопулярный президент, которого избирателей все последние восемь лет пресса натаскивала презирать и ненавидеть.

 

Иными словами, американский электорат (опять-таки за вычетом нескольких ограниченных категорий избирателей) проголосовал не за Обаму, а против Буша. Акция чисто протестная и иррациональная, учитывая, что Джордж Буш не баллотировался. Но людей обуревало стремление наказать ненавистного президента, и никакие другие соображения их не волновали.

 

Столь велика была жажда мести, что в головах у избирателей каким-то образом уживалось крайне негативное отношение к демократическому Конгрессу (о чем наглядно свидетельствовал его рекордно убогий рейтинг – 9%, в три раза более низкий, чем у Буша) с представлением о том, что законодатели здесь не при чем, а во всем виноват “этот гад в Белом Доме”. В результате демократы парадоксальным образом не только избежали гнева избирателей, но заметно укрепили свои позиции в Конгрессе.

 

Ну хорошо, народ отвел душу, свел счеты с Бушем, а дальше что? Чего можно ожидать от нового президента? Некоторые консервативные аналитики тешат себя надеждой, что Обама, уже сегодня наверняка думающий о перевыборах в 2012 году, поведет себя как прагматик, не позволяя себе роскоши идеологического “гуляния по буфету”. Он-де намотал на ус печальный опыт предыдущего президента-демократа - Билла Клинтона, который по первопутку зарвался и обрек свою партию на неслыханное поражение на следующих же промежуточных выборах.

 

Увы, ничто не дает оснований для такого оптимистического вывода. Клинтон был в первую очередь сластолюбец и гедонист, для него на первом месте стояли “радости жизни”, которым он по прибытии в Белый Дом и стал предаваться с необузданной страстью, предоставив править своей жадной до власти жене. А впервые дорвавшаяся до больших дел Хиллари Клинтон в порыве административного восторга едва не погубила администрацию мужа.

 

В отношении Обамы нет никаких оснований сомневаться в том, что он рьяный радикал и социалист, который рвется проводить в жизнь свои идеологические установки. По итогам выборов демократы заметно укрепили свои позиции и ныне полностью доминируют в Конгрессе. А это значит, что президент-демократ, опираясь на свою партию, может хотя бы на первых порах делать практически все, что пожелает. Жалкая и полностью деморализованная оппозиция не сможет оказать ему столько-нибудь серьезного противодействия.

 

На протяжении прошлого столетия лишь два президента – Франклин Рузвельт в 1932 году и Линдон Джонсон в 1964 году – получали аналогичные возможности, и в обоих случаях результатом стала кардинальная перестройка, фактически мирная революция, в корне изменившая лицо страны.

 

При Рузвельте это был “Новый курс”, окончательно уничтоживший американское общественно-политическое устройство в том виде, в каком его замышляли отцы-основатели, и заложивший основы современного бюрократического супергосударства.  При Джонсоне – была запущена программа “Великое общество”, поставившая расовый принцип в основу государственной политики и положившая начало развалу негритянской семьи и образованию перманентного андеркласса.

 

Пойдет ли Обама по стопам своих предшественников и потянет ли он страну влево? Воспользуется ли он редчайшим сочетанием благоприятных факторов, обеспечившим ему практически неограниченную власть, особенно учитывая, что это “окно” недолговечно и может закрыться через два года, после следующих промежуточных выборов? Или же он опочит на лаврах, наслаждаясь атрибутами власти и сознанием своего величия?

 

Увы, боюсь, что он будет чрезвычайно агрессивен и что нам предстоит третий раунд революционных перемен. Этот неутешительный вывод подтверждается первым же назначением, сделанным новым президентом. Должность главы своей администрации он предложил конгрессмену из Иллинойса Раму Эмануэлу – вашингтонскому резиденту пресловутой чикагской политической машины. Эмануэл – один из самых умных и талантливых политических бойцов в Конгрессе, на редкость агрессивный, безжалостный и коварный.

 

Известный политтехнолог-демократ Пол Бегала, сам отличающийся недюжиной напористостью и неразборчивостью в средствах, с восхищением говорит о Раме Эмануэле, что общение с ним – “это вроде геморроя пополам с зубной болью”. Недаром он носит прозвище “Рамбо”.

 

Некоторые обозреватели усматривают факт назначения еврея Эмануэла на столь ответственный пост как сигнал миру ислама, что президент Обама намерен проводить произраильскую политику. Полагаю, однако, что в данном случае оптимисты приниимают желаемое за действительное. На самом деле выбор Эмануэла отражает вполне логичное для любого политика стремление окружить себя своими людьми и свидетельствует о преданности Обамы чикагской политической мафии, из недр которой вышел он сам.

 

Что же до предполагаемого центризма и умеренности нового президента, назначение Рама Эмануэла никак не похоже на оливковую ветвь, протянутую республиканцам, скорее - на объявление войны.

 

Но что конкретно собирается делать президент Обама? И не будет ли ему помехой экономическая ситуация? Финансовый кризис, благодаря которому Обама стал президентом, предвещает очень нелегкие времена. Фондовая биржа отсалютовала новому президенту резким падением курсов акций, а индекс доверия потребителей за те же два дня снизился на целых пять пунктов, отражая пессимизм в отношении перспектив. Экономисты единодушно предсказывают, что Америку и весь мир ожидает сильнейший экономический спад длительностью не менее двух лет.

 

Пытаясь удержать на плаву финансовую систему, администрация Буша разбрасывает деньги направо и налево, а у окошка государственной кассы уже выстраивается длинная очередь других соискателей подачек: кто просит 25 миллиардов долларов, кто – 50. На фоне 700 миллиардов, которыми заткнули финансовую брешь, образовавшуюся в результате ипотечного кризиса, подобные суммы выглядят несущественно, но из всех этих “мелочей” совокупно набегает почти два триллиона долларов.

 

А на горизонте уже маячат призраки новых кризисов – дефолты долгов по кредитным карточкам и автомобильным ссудам, которые придется покрывать тому же государству, больше некому. Результатом такого неслыханного роста дефицитного финансирования неизбежно станет скачок инфляции. Тем временем вследствие ужесточения кредита начал стремительно падать уровень хозяйственной активности и двинулась вверх безработица.

К тому же Барак Обама наобещал избирателям конфет и пряников еще на триллион долларов. Как он собирается выполнять свои обещания? В поисках источников денег он, безусловно, обратит свой алчный взор на оборонный бюджет – традиционную дойную корову левых администраций. Во время предвыборной кампании Обама обещал по соображениям экономии практически упразднить программу противоракетной обороны, а влиятельный конгрессмен-демократ Барни Франк уже грозит сократить ассигнования на нужды министерства обороны на 25%.

Демократы жаждут поскорее уйти из Ирака, не уставая твердить, что военные расходы в этой стране составляют 10 миллиардов долларов в месяц. Они, по-видимому, полагают, что в Америке содержание выведенных из Ирака войск ничего не будет стоить. По щучьему веленью, что ли? Не говоря уже о том, что о возвращении домой экспедиционного корпуса речи как будто не идет: кандидат Обама обещал перенести центр тяжести военной политики из Ирака в Афганистан.

Можно, конечно, запустить на полные обороты печатные станки и нашлепать гору дензнаков. Однако даже Обама, вынесший из элитарных университетов лишь весьма приблизительное представление о реальной экономике, должен сознавать, какие ужасающие экономические и социальные последствия будет иметь гиперинфляция – неизбежное следствие необузданной денежной эмиссии. Во время предвыборной кампании будущий президент обещал повысить подоходный налог на “богатых” и поднять ставку налога на прибыль от капитала, но это вызовет лишь резкий спад экономической активности и крах фондовой биржи.

Таким образом, Бараку Обаме предстоит унаследовать терзаемую инфляцией экономику в состоянии длительного тяжелого спада. А тем временем его электорат будет требовать, чтобы он выполнил посулы, щедро раздававшиеся им во время предвыборной кампании. “Мне больше не придется думать, на какие деньги заправить машину или заплатить за дом! За все заплатит Барак Обама!” - радостно щебетала в микрофон интервьюера молоденькая негритянка Пегги Джозеф.

Он бы и рад, да – на какие деньги? Как, например, Обама собирается выполнить свое абсурдное обещание сократить налоги 95% американцев (интересная арифметика: 45% американцев вообще не платят налогов; для них “сокращение налогов” будет обыкновенной велфэровской подачкой)? Или как он намерен проводить реформу системы здравоохранения, в рамках которой кандидат Обама обещал обеспечить полный охват всего населения страны (включая миллионы нелегальных иммигрантов) при повышении качества медицинского обслуживания на фоне снижения уровня затрат? Уж лучше пообещал бы построить вечный двигатель – все-таки более реально.

Однако все эти трудности вряд ли остановят Обаму. Сумел же Франклин Рузвельт обратить себе на пользу экономические неурядицы, в большинстве своем явившиеся следствием его же политики. Если Обаме удастся, опираясь на аппарат пропаганды и играя на чувстве расовой вины белого населения, свалить все невзгоды на республиканцев и “Уолл-стрит”, если он сможет убедить народ в преимуществах социализма европейского образца - Америку ждут тяжелые потрясения, от которых она, возможно, уже не оправится.

Если же попытка не удастся, победителям на минувших выборах будет впору требовать пересчета голосов. Отныне демократы контролируют все рычаги власти, и, стало быть, на них ложится вся полнота ответственности за судьбы страны и экономики. Ответ за беспросветное экономическое положение им придется держать уже через два года – на промежуточных выборах 2010 года, где разъяренные избиратели – можно не сомневаться - выместят на партии власти обуревающие их негативные эмоции.

Однако Обаму волнует в первую очередь его собственная политическая карьера, и он, по всей вероятности, не остановится ни перед чем, чтобы угодить своему электорату, даже ценой краха американской экономики. Поэтому весьма высока вероятность того, что ради выполнения своих предвыборных обещаний малоимущим он не остановится перед тем, чтобы повысить налоги на “богатых”, т.е. на самую производительную часть населения, и тем самым обречет страну на затяжную рецессию.

Новый президент с первого дня своего правления окажется в центре острой борьбы групп интересов: “зеленые” будут требовать немедленных мер по сокращению выбросов в атмосферу углекислого газа, профсоюзные боссы – немедленного упразднения принципа тайного голосования в профсоюзных организациях (т.е. фактического закрепощения трудящихся), пацифисты – немедленного вывода американских войск из Ирака, латиносы – немедленной легализации статуса миллионов нелегальных иммигрантов, и т. д.

После недолгого медового месяца между Белым Домом и Капитолийским Холмом развернется борьба за власть, в которой все карты на руках у президента. К его услугам – трехмиллионная армия верных приспешников, доказавших свою преданность самым ощутимым образом – денежными пожертвованиями; к его услугам – верные псы из блогосферы, которых он может в любой момент натравить на неугодных ему политиков. Наконец, он будет всячески насаждать свой культ личности в целях вербовки новых сторонников, угрожая реальным и мнимым врагам самой страшной карой - обвинением в расизме.

Однако кое-где интересы администрации и демократов в Конгрессе полностью совпадают. В частности, в том, что касается возрождения так называемой “Доктрины беспристрастности” для удушения ток-радио – единственного средства массовой информации, в котором доминирует консервативная точка зрения. Либералы, не устающие твердить о святости Первой поправки к Конституции (где утверждается свобода слова), не распространяют ее на идеологических противников и жаждут вернуть себе абсолютную монополию на информацию.  

Сенатор от Нью-Йорка Чарльз Шумер не постеснялся уподобить ток-радио порнографии в обоснование своего намерения заткнуть рот всем, кто с ним не согласен. Еще спасибо Шумеру, что он не требует вешать идеологических противников (впрочем, у него все еще впереди). Однако нет худа без добра - вряд ли что-нибудь еще способно будет вызвать такую массовую мобилизацию консервативных сил, как эта чисто большевистская попытка растоптать оппозицию. Не исключено даже, что правых в данном случае поддержат некоторые умеренные левые, перепуганные диктаторскими замашками Шумера и иже с ним.

Либералов, стенавших по поводу того, что Джордж Буш марает репутацию своей страны на мировой арене, и уверенных, что Барак Обама ее восстановит, ждет горькое разочарование. Эра поцелуев и объятий с новым президентом продлится недолго. Очень скоро выяснится, что Америку дружно ненавидят совсем не за то, что ею правит Буш, а за то, что она – Америка. Врагам необходим постоянный объект ненависти, и никакой Обама тут не поможет.

Более того, не нужно быть оракулом, чтобы предсказать, что молодого президента в самом скором времени ждет трудное испытание в виде серьезного международного кризиса. Это подтвердил не кто иной, как напарник Обамы Джо Байден, наверное, впервые в жизни высказавшийся по делу (можно предположить, что он имел в виду какую-то провокацию со стороны Ирана, который, по данным разведки, к февралю будущего года завершит сборку первой атомной бомбы).

Всех новых американских лидеров враги проверяют на прочность: Трумэну Советский Союз устроил берлинскую блокаду, Кеннеди – кубинский кризис, Картеру – вторжение в Афганистан, а Бушу-младшему в начале его правления подставили ножку китайцы, захватив американский разведывательный самолет (трагедия 11 сентября, подготовленная малодушной пассивностью администрации Клинтона перед лицом неустанных прорвокаций террористов, к этому разряду не относится).

Избежали испытания лишь три президента. Боевой генерал Дуайт Эйзенхауэр в проверке не нуждался, а Рональду Рейгану поверили на слово. Что же касается Джорджа Буша-старшего, при нем довершился крах советской империи, павшей под ударами Рейгана, и врагам было не до опасных игр. Для Барака Обамы исключения никто не сделает. На его беду самое его грозное оружие – обвинения в расизме – внешних врагов может разве что позабавить.

Резюмируя, приходится с горечью констатировать, что правление 44-го президента США, по всей вероятности, ознаменуется резким зажимом политической и экономической свободы, идеологический раскол американского общества углубится, а острота расовой проблемы не только не снизится, но еще больше возрастет. На международной арене глобальная военная и экономическая мощь Соединенных Штатов пошатнется, что будет иметь весьма печальные последствия для Америки и ее союзников. Словом, избрание Барака Обамы войдет в историю как трагедия для нашей страны и всего мира.

Древнее китайское проклятие гласит: “Чтоб тебе жить в интересное время”! Боюсь, что нас ждут интересные времена. Oчень интересные.

Ноябрь 2008 г.

Оставить отзыв