Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

Я ГОВОРЮ СЛЕДОВАТЕЛЬНО, Я СУЩЕСТВУЮ

Предвыборная кампания закончилась.
Президент Барак Обама, 25.2.2010

Несколько дней назад я пережил сильное потрясение: известный веб-сайт Politico сообщил как сенсационную новость, что Белый Дом начал готовиться к предвыборной кампании 2012 года.

 

Начал готовиться? Да разве предвыборный штаб Обамы когда-либо прекращал свою деятельность? Разве главный советник президента не Дэвид Аксельрод тот самый Дэвид Аксельрод, который всю жизнь занимался только одним: руководством предвыборными компаниями и мобилизацией общественного мнения в поддержку своих кандидатов при помощи всевозможных уловок не всегда кошерного свойства? Казалось, что, победив на выборах в ноябре 2008 года, президент Обама продолжает баллотироваться в президенты, не проявляя ни малейших признаков понимания того, что пора переключить передачу и начать править.

 

Впрочем, позвольте мне сказать слово в защиту нашего несчастного президента, которого и так нещадно бичуют на всех углах. Единственное, что умеет и любит Барак Обама, это вести политические кампании, баллотироваться на выборные должности. Это его стихия, иначе он не может.

 

Люди в громадном большинстве своем не приспособлены делать несколько дел одновременно. Как правило, особенно в наш век специализации, мы в состоянии делать лишь что-то одно (и далеко не у всех это выходит хорошо). Конечно, нетрудно вспомнить имена исторических деятелей, поражавших современников и потомков своей универсальной одаренностью: Юлий Цезарь, Наполеон, Томас Джефферсон, Бенджамин Франклин... Но их и им подобных горстка, они исключение из общего правила.

 

Барак Обама в их число не входит. Он певец одной ноты, всю свою жизнь он делал только одно: говорил, говорил, без конца говорил. Говорил в ипостаси уличного агитатора, мобилизуя чернь на реализацию ее законных требований (Отнять и поделить!); говорил в качестве преподавателя права; говорил в качестве умеренного и аккуратного члена Сената штата Иллинойс; говорил в качестве члена Сената США; говорил, не останавливаясь, на предвыборной тропе. Так стоит ли удивляться, что и в Белом Доме он продолжает делать то, что ему присуще от природы, единственное, что у него получается, говорить?

 

Что бы ни произошло, реакция Барака Обамы однозначна: новая речь или несколько речей (а то и несколько десятков речей, как в случае жемчужины его политической программы реформы системы здравоохранения). И если американский народ отказывается клевать на наживку, президенту и в голову не приходит, что, может быть, людям не по душе продукт, который он им навязывает. Нет, он убежден, что с продуктом-то все в порядке и что, стоит только как следует растолковать людям все детали реформы, они будут без ума от нее, а вот упаковка подкачала. И вместо того, чтобы прислушаться к гласу народному, он убеждает себя в том, что еще одна речь, ну от силы две и все уладится, избиратели осознают, насколько прекрасна реформа, которой жаждет их облагодетельствовать президент, и сразу все станет хорошо.

 

Редко какой самодержец в состоянии долго сохранять трезвый рассудок, в первую очередь потому что он окружает себя придворными льстецами, которые плотной стеной отгораживают трон от реальности и старательно укрепляют своего повелителя в повышенном мнении о его особе. Не в силах противиться искусу власти и наш президент, особенно учитывая его явную природную предрасположенность к мегаломании. Корреспондент Washington Post Дэйна Милбэнк недавно сообщил, что ближайшее окружение Обамы состоит из людей, которые считают или искусно притворяются, что считают его мессией (Милбэнк делает исключение лишь для начальника администрации Белого Дома Рама Эмануэла, по заказу которого, по-видимому, и написана статья). И вот, вдоволь наслушавшись комплиментов и восторгов по поводу своего несравненного красноречия, президент седлает верного телесуфлера и вперед, на риторические подвиги!

 

Казалось бы, массачусетская катастрофа должна была отрезвить его. Ибо назвать то, что произошло в Массачусетсе, иначе как катастрофой, нельзя. Чтобы в этом наиголубейшем из всех голубых (т.е. либеральных) штатов, где Республиканская партия до сих пор существовала лишь чисто номинально, был избран сенатором республиканец Скотт Браун, равносильно политическому землетрясению. А если учесть к тому же, что Скотт Браун занял должность, которая полвека была неотчуждаемой собственностью легендарной династии Кеннеди, да еще к тому же открыто обещал заблокировать обамовскую напасть это, извините, просто скандал. Если либеральная программа фактической национализации сферы здравоохранения за счет невообразимых бюджетных дефицитов пришлась не по вкусу избирателям Народно-Демократической Республики Массачусетс, как называют этот штат, то, позвольте спросить, какие у нее шансы в других, не столь оголтело левых регионах страны?

 

И как же отреагировал президент Обама на этот третий по счету провал (после губернаторских выборов в Вирджинии и Нью-Джерси)? Он немедленно включил в состав аппарата Белого Дома Дэвида Плафа. Кто он такой? Специалист по бюджетным ухищрениям, эксперт по вопросам здравоохранения? Затем ли его высвистали, чтобы он пересмотрел политику администрации и привел ее в соответствие с предпочтениями скептически настроенных избирателей? Никоим образом. Дэвид Плаф опытный политтехнолог, ему поручили заново перепаковать и попытаться продать народу все тот же затхлый товар не измененную по сути реформу здравоохранения. Американский народ значительным большинством отвергает программу президента (в опросах против нее выступает не менее 60% респондентов), а президент во всем винит свой рекламный цех и призывает верного держиморду подтянуть его нерадивых сотрудников.

 

Так поступает кандидат на предвыборной тропе, перетряхивая свой штат, чтобы вдохнуть новую жизнь в увядающую кампанию. В конце концов, самое главное для кандидата это имидж, определяемый целиком и полностью рекламой. Но в данном случае реклама не при чем. Обаме не нужно баллотироваться в президенты, он уже стал им. Речь идет о коренном преобразовании всей социально-экономической системы страны, и избиратели дали ясно и четко понять, что им не нравится конкретно программа президента, а тот отвечает чепуха, вы сами не знаете, чего хотите, уж вы мне поверьте. По-видимому, он убежден, что стоит только отточить формулировки, как успех ему будет обеспечен. Вот он и кликнул на подмогу мастера политической рекламы. И не нужно думать, будто Обама заблуждается насчет талантов Дэвида Плафа, он прекрасно знает, что его единственная квалификация политтехнология. Это то, чем он профессионально занимается.

 

Политическая программа Обамы идет ко дну, его рейтинг неудержимо катится вниз. И что же делает, чтобы остановить кровотечение, главный политический советник президента, его верный Санчо Панса, его опора и надежа Дэвид Аксельрод? Корреспондент уже упоминавшегося веб-сайта Politico Бен Смит сообщает, что созданная Национальным комитетом Демократической партии организация Organizing for America (OFA) придумала тактический ход, на который Белый дом возлагает большие надежды.

 

Признав, что миллионы американцев считают консервативное ток-радио заслуживающим доверия источником новостей и комментариев, ОFA учредила специальный веб-сайт для инфильтрации своих агентов в лагерь врага: сторонникам Обамы поручается в массовом порядке обзванивать ведущие программы ток-шоу и под видом консервативно настроенных избирателей озвучивать почерпнутые на этом веб-сайте аргументы в пользу программы Белого Дома (Я республиканец, но должен признать, что предлагаемая президентом реформа мне нравится...).

 

Такая тактика создания якобы стихийных движений, мимикрирующих под оппозицию, но на самом деле рассчитанных на ее дискредитацию, носит название астротерфинга (astroturfing от слова Astroturf фирменного наименования синтетической травы, искусственного покрытия на стадионах), ее автор и признанный мастер не кто иной, как Дэвид Аксельрод. Вместо того, чтобы прислушаться к мнению избирателей, он прибегает к грязным приемам, чтобы опорочить противников. Впрочем, заслуживает ли порицания Аксельрод? Политтехнология и уловки вроде астротерфинга это его конек. Это то, чем он профессионально занимается.

 

Специализация одна из главных причин того, что любая революция пожирает своих детей, как сказал на эшафоте Дантон. Революционеры существа узко специализированные, абсолютно зацикленные на разрушении. О том, что будет после того, как они разрушат весь мир насилья, они не думают, ограничиваясь лаконичным обещанием: Мы наш, мы новый мир построим. Их тактика состоит в том, чтобы мутить воду и, воспользовавшись кризисной обстановкой, захватить власть, когда отчаявшийся народ потребует любой ценой восстановить порядок (вспомним откровенное высказывание Рама Эмануэла о том, что грех не воспользоваться добрым кризисом).

 

Но когда они, наконец, дорываются до власти и приходит пора прекратить разрушать и начинать править, очень быстро выясняется, что этого-то революционеры и не умеют, к мирному созиданию они не приспособлены. Ничто в из предыдущей жизни не подготовило их к конструктивной деятельности, их единственное умение сеять смерть и разрушение. Ленин был не чета Обаме (что, вероятно, признает и сам американский президент), но и он, оказавшись у власти, совершенно растерялся. Не зная, как остановить стремительную бюрократизацию, он строчил отчаянные записки наркомам с одним и тем же требованием расстреливать за малейшие проступки, например, за кражу скрепок. Трагикомичная ситуация в своей нелепости, но весьма характерная как иллюстрация того, насколько плохо приспособлены править те, кто специализируется на разрушении. Они беспомощно бьются, как рыба об лед, и мало кто из них удерживается у власти (и счастливы те, кому удается уйти по своей воле). А те немногие, кому удается зацепиться наверху, выживают только за счет единственного известного им приема насилия, ничем не ограниченного насилия, без законов и не сдерживаемого абсолютно никакими правилами, полагающегося только на силу, как со смаком писал вождь русской революции (Ленин, Собр. Соч., том 25, стр. 441).  

 

 

До насилия у нас, слава Богу, дело пока не дошло, но насколько Обама не приспособлен править в силу своей специализации, видно невооруженным глазом. Он типичный левый интеллектуал. Единственное, в чем знают толк люди этой породы, это в словах; умение говорить их единственная квалификация. Для этих людей, ничего не умеющих делать, слова служат суррогатом дел: сказал и вроде как сделал. Неудивительно, что президент Обама застрял в режиме предвыборной кампании, где от него не требуется ничего, кроме бесконечной болтовни, и не имеет никакого намерения перейти от слов к делу. Мало того, что скучные исполнительные функции ему не по нутру, мало того, что он зажигается только при свете софитов, но он ничего не умеет делать, даже если бы захотел.

 

Нетрудно предсказать, что он и впредь будет говорить, без конца говорить, отвечая на все поджидающие его вызовы водопадами слов. Он ничего не может с собой поделать. Все, что он умеет говорить, это то, чем он профессионально занимается. Перефразируя Декарта, он вполне может сказать о себе: Я говорю следовательно, я существую.

 

Март 2010 г.

Оставить отзыв