Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

МЕСТО ПОД СОЛНЦЕМ

 

Видный негритянский лидер Джесси Джексон объявил, что одна из самых серьезных проблем, стоящих перед Демократической партией, заключается в растущем антагонизме между афроамериканцами и латиносами. Взаимная неприязнь между двумя крупнейшими блоками “прогрессивного” электората достигла такой остроты, что угрожает серьезно подорвать шансы кандидата в президенты от демократов, кто бы им ни стал - Барак Обама или Хиллари Клинтон.

 

Трения между неграми и латиноамериканскими иммигрантами на почве экономической конкуренции имеют давнюю историю. Научный сотрудник Манхэттенского института Стивен Маланга напоминает, что еще в 1870-х годах знаменитый негритянский общественный деятель, бывший раб Фредерик Дуглас с тревогой отмечал, что иммигранты вытесняют его соплеменников с рынка труда.

 

Негритянский электорат с энтузиазмом поддержал федеральный закон от 1882 года об ограничении китайской иммиграции и иммиграционную реформу 1924 года, в рамках которой была введена система жестких квот на иммиграцию из Европы. Негритянская община настоятельно добивалась введения аналогичных ограничений и на въезд мексиканцев. “У кого отнял рабочие места миллион мексиканских иммигрантов, как не у чернокожих трудящихся?” – негодующе вопрошал в 1928 году известный негритянский журналист Джордж Скайлер.

 

Успехи движения за гражданские права в 1960-х годах побудили негритянских лидеров пересмотреть свою точку зрения. Классовые соображения взяли верх над интересами расовой солидарности. Лидер движения за гражданские права Мартин Лютер Кинг-младший видел в неимущих иммигрантах естественных политических союзников негров. Потому-то он при всех своих левых убеждениях требовал разрешить беспрепятственный въезд во Флориду кубинским беглецам от коммунистического режима Фиделя Кастро.

 

Его идею подхватил Джесси Джексон, после убийства Кинга выдвинувшийся на роль наиболее видного лидера негритянского движения. Джексон провозгласил неминуемое торжество грядущей “черно-коричневой” или “радужной” коалиции. Он рассчитывал, что поддержка объединенных меньшинств обеспечит ему победу в борьбе за номинацию Демократической партии на президентских выборах 1984 года. Джексон просчитался - латиносы отвергли его призыв и поддержали Уолтера Мондейла, который и завоевал номинацию.

 

Однако проповеди лидера “Радужной коалиции” о нерушимом союзе обездоленных меньшинств произвели сильное впечатление на негритянских политиков, включая депутатскую группу афроамериканских конгрессменов, которая стала энергично ратовать за снижение иммиграционных барьеров. Их оптимизм не поколебал ни печальный опыт Джесси Джексона, ни возмутительное поведение кубинских беженцев, которые вместо того, чтобы вечно прозябать в нищете и добиваться подачек от государства, быстро встали на ноги и в массе своей прониклись консервативной идеологией, обманув доверие Мартина Лютера Кинга.

 

Негритянские политики приложили немало сил к тому, чтобы смягчить антииммигрантские настроения среди своих соплеменников. В 1994 году на референдуме в Калифорнии им удалось убедить половину негритянского электората проголосовать против Законодательной инициативы № 187 о запрете на предоставление нелегальным иммигрантам государственных льгот. Даже перед лицом неопровержимых доказательств, что нелегальные иммигранты отбирают у них рабочие места, многие негры выразили с ними солидарность, посчитав, что мексиканские нелегалы “борются, как и мы, за свои права”.

 

Но с тех пор обстановка в корне изменилась. Через пористую южную границу в США неудержимыми потоками вливаются миллионы нелегальных иммигрантов. Этническая карта Америки меняется на глазах, и среди негритянского населения былая амбивалентность уступила место резко негативному отношению к непрошеным гостям; радушие и приветливость сменились раздражением и гневом.

 

Связано это с тем, что легальные и нелегальные иммигранты из Центральной Америки начинают реально угрожать интересам негритянского населения. Латиносы затопили многие поселения и городские районы, которые афроамериканцы привыкли считать своими заповедными зонами, и успешно теснят, а кое-где и выживают коренное население.

 

Было бы еще полбеды, если бы пришельцы оставались в пределах старых ареалов – Нью-Йорка, Калифорнии и ряда юго-западных штатов – и не пытались расширить географию своего расселения. Но латиносы перехлестывают через границы традиционных “барриос” (мест компактного проживания) и быстро осваивают новые территории, в особенности южные штаты. С 1990 по 2006 гг. испаноязычное население Северной Каролины увеличилось с 77 000 до 600 000 человек, а в Джорджии за это же время численность латиносов возросла семикратно и ныне достигает 700 000.        

 

“Иммиграционное цунами” угрожает свести на нет экономические и политические завоевания негритянской общины, добытые тяжкими трудами на протяжении нескольких поколений. Эти страхи отнюдь не построены на песке. Гарвардский экономист Джордж Борхас и группа его коллег из Чикагского университета на основании своих исследований заключили, что в период 1980-2000 гг. из-за конкуренции со стороны иммигрантов занятость среди неквалифицированной негритянской рабочей силы снизилась на 7,4%.

 

О масштабах угрозы экономическим интересам афроамериканской общины красноречиво свидетельствует доклад Государственной счетной палаты о положении на рынке неквалифицированного труда Лос-Анджелеса. В конце 1970-х годов владельцы многоквартирных доходных домов стали нанимать вместо негров дешевых мексиканских уборщиков.

 

По мере вытеснения негритянских уборщиков иммигрантами уровень оплаты их труда пошел вниз. В период 1983-1985 гг. почасовая ставка уборщика снизилась с 6,58 до 5,63 доллара. Число негров-уборщиков в городе, в конце 70-х годов достигавшее 2500 человек, к 1985 году упало до 600. А сегодня среди уборщиков черных лиц практически не сыскать. Точно такой же была динамика занятости на швейных предприятиях и в гостиничной индустрии, на стройках и в ресторанах скоростного питания.

 

Как на любой войне, триумф движения за гражданские права принес победителям целый ряд трофеев в виде всевозможных льгот и поблажек. Негритянские лидеры наивно полагали, что никакие другие меньшинства не станут посягать на их с таким трудом завоеванные подачки – в конце концов, они были предназначены компенсировать чернокожим американцам прегрешения белого общества перед ними и их предками.

 

Однако их ждало разочарование. С ростом иммиграционных общин в районах, где некогда безраздельно хозяйничали негры, латиносы стали все более настойчиво бороться за политическую власть и оттеснять коренное население от общественного корыта. Никаких новых приемов в этой борьбе новоприбывшим придумывать не пришлось – к их услугам замысловатая система привилегий, выстроенная за последние 40 лет белым обществом с целью искупить свою вину перед чернокожими согражданами. Все, что требуется латиносам, это обратить против негров их собственное оружие.

 

Негритянские лидеры возмущены до предела. Они убеждены, что только их соплеменники заслуживают компенсации, и попытка латиносов оттеснить негров от пирога воспринимается ими как измена делу гражданских прав. В отличие от афроамериканцев, указывают они, иммигранты никогда не подвергались государственной дискриминации и не лишались конституционных прав, и, стало быть, никаких льгот им не положено.

 

Увы, в жизни действует суровый закон: кто сильнее, тот и прав. Наиболее прозорливые негритянские общественные деятели давно предупреждали, что предпочтения по цвету кожи – обоюдоострое оружие, которое рано или поздно будет обращено против негритянской общины. “Афроамериканцы, выступающие в поддержку расовых предпочтений, запоют другую песню, когда правительство вновь станет подвергать их дискриминации – только на сей раз в пользу латиносов”, - пророчески писала журналистка Лашон Барбер.  

 

Вот пример того, как это происходит на практике. В конце прошлого десятилетия лидеры испаноязычной общины южного сектора Лос-Анджелеса обратились к властям с жалобой на то, что негры составляют подавляющее большинство работников местной больницы, непропорциональное доле негритянского населения округа. Федеральные власти оказались в плену собственных правил.  Пришлось им дать указание администрации больницы нанять дополнительное число латиносов, вызвав сильное раздражение среди негров.

 

Приток испаноязычных иммигрантов в районы, где негры ранее составляли большинство населения, не только обострил конкуренцию на рынке труда, но и породил куда более опасные конфликты. В районах со смешанным населением основная масса преступлений по-прежнему носит внутриэтнический характер: негры грабят и убивают негров, латиносы – латиносов. Но с каждым днем обостряется и межэтническая вражда, причем инициаторами столкновений все чаще выступают иммигранты.

 

Например, в лос-анджелесском районе Харбор-Гейтвей латиносы совершают в пять раз больше насильственных преступлений в отношении негров, чем наоборот. Не менее разительную картину дает статистика преступности для всего города. Хотя негры составляют лишь 9% населения округа Лос-Анджелес, в 2006 году они были жертвами 59% преступлений на расовой почве, причем более половины нападений такого рода совершили латиносы.

 

В Большом Лос-Анджелесе орудуют около пятисот мексиканских банд, которые всячески пытаются вытеснить негров из районов, где представители обоих меньшинств живут бок о бок. И это не только территориальная борьба между мексиканскими и негритянскими бандами, но и этнические чистки. Действуя по методике, отработанной мусульманскими иммигрантами в странах Западной Европы, латиносы наводят страх на законопослушное афроамериканское население. Им хорошо известно, что нет более эффективного средства сгонять людей с насиженных мест, чем огульный террор.

 

В декабре 2006 года была зверски убита 14-летняя Шерил Грин. Тремя годами ранее та же банда убила негра, осмелившегося придти за покупками в магазин, который бандиты объявили “только для латиносов”. Известная мексиканская банда “Флоренсия 13” специализируется на беспорядочных убийствах негров в южной части Лос-Анджелеса. Тактика мексиканских бандитов приносит свои плоды: за последние 15 лет негритянское население Лос-Анджелеса уменьшилось на 120 000 человек, в то время как численность латиносов увеличилась на 450 000

 

Социолог Алекс Алонсо рассказывает, что корни взаимного антагонизма между неграми и испаноязычными иммигрантами восходят к началу 90-х годов. В старших классах средних школ начались столкновения между группами, не желавшими отмечать этнические праздники друг друга. Вскоре волна насилия выплеснулась на улицы, противоборствующие стороны начали объединяться в банды, вражда стала принимать характер организованной войны на взаимное уничтожение.

 

“Афроамериканцам в Лос-Анджелесе пора проснуться и понять, что представление  о том, будто коричневые – это наши братья и сестры, потенциальные союзники в борьбе за гражданские права, не более чем миф, - писал один из участников электронного форума на тему о взаимоотношениях между двумя меньшинствами. -  Если мы этого не осознаем, не объединимся и не поднимемся на борьбу за выживание, нас в самом ближайшем будущем ждет горькое разочарование”.

 

Вражда между двумя меньшинствами подхлестывается презрительным отношением латиносов к неграм. Это ярко продемонстрировали результаты опроса, проведенного два года назад в Дюрэме (штат Северная Каролина): 59% испаноязычных респондентов выразили мнение, что негры - практически без исключения праздный и ленивый сброд, а 57% - что никому из них нельзя доверять (любопытно, что среди белых эту точку зрения разделяют не более 10%). При этом латиносы не испытывают никакого комплекса вины перед афроамериканцами. Они указывают, что прибыли в Америку слишком поздно, чтобы запятнать себя грехом расовой дискриминации, и, стало быть, ничего не должны неграм.

 

Нарастающая взаимная враждебность двух общин свидетельствует об абсурдности любых попыток создания черно-коричневой коалиции, не говоря уже о том, что  иммигранты из Латинской Америки в массе своей отождествляют себя отнюдь не с неграми, а с белыми. Писатель из Лос-Анджелеса Николас Вако, мексиканец по происхождению, категорически отметает идею о том, что латиносы и негры являются естественными союзниками.

 

Их разделяет громадная пропасть, которую никакими усилиями не удастся задрапировать, пишет он в своей книге “Предполагаемый союз”, причем раскол этот имеет давнюю историю, хотя пресса и политики делают вид, будто его не существует. В частности, по словам Вако, беспорядки в Лос-Анджелесе, вызванные избиением полицейскими чернокожего Родни Кинга, вылились в основном в черно-коричневую конфронтацию, и большинство бизнесов, которые кинулась громить негритянская толпа, принадлежали латиносам.

 

Соперничество и противостояние между латиноамериканской и негритянской общинами грозит весьма неприятными последствиями для “прогрессивной” коалиции, которая привыкла рассчитывать на бездумную поддержку со стороны обоих меньшинств, представляющих собой ударные отряды либерального электората. Среди рядовой негритянской массы растет уверенность в том, что ее традиционные политические союзники – Демократическая партия, белые либералы и профсоюзы – предали негров и кинулись ухаживать за латиносами, в которых они видят более перспективных сторонников.

 

Подобные настроения пугают афроамериканских политиков, которые, по мнению многих негритянских активистов, недостаточно энергично защищают интересы своих соплеменников. В целом ряде случаев пассивность чернокожих политических деятелей продиктована своекорыстными интересами, сознанием своей уязвимости вследствие демографических сдвигов. Они не могут позволить себе ссориться с латиносами, опасаясь лишиться своих мест, на которых они удерживаются фактически по милости лидеров иммигрантской общины.

 

По оценкам специалистов, как минимум в шести избирательных округах, которые ныне представляют чернокожие конгрессмены, латиносы уже составляют большинство населения и в любой момент могут указать на дверь своим выборным представителям и заменить их соплеменниками.

 

Когда в прошлом году неожиданно умерла негритянка Хуанита Миллендер-Макдональд, представлявшая в Конгрессе калифорнийский округ, где латиносы составляют 57% населения, депутатская группа латиносов взяла ее мандат на прицел. Один из членов этой группы конгрессмен Джо Бака отмахнулся от негодующих воплей своих чернокожих коллег, заявив: “Пришла пора нашей общине иметь своим представителем кого-нибудь из своих”.

 

Лидеры испаноязычной общины только и ждут предлога, чтобы заявить свои претензии и на другие места, которые пока занимают представители конкурирующей этнической группы. Афроамериканские политики оказались между двух огней: им опасно ссориться с латиносами, но еще опаснее игнорировать гневные требования негритянских избирателей. Поэтому в последнее время они стараются уклониться от участия в дебатах по иммиграционному вопросу.

 

Особенно напугала негритянских политиков нынешняя предвыборная кампания. Первая в истории кандидатура негра, имеющего реальные шансы стать президентом, вызвала мощный прилив национализма в афроамериканской среде и подчеркнула разрыв между рядовой массой и ее выборными представителями. Большинство из них с самого начала принесли клятву верности выразительнице интересов истэблишмента Хиллари Клинтон.

 

Однако, опасаясь гнева чернокожих избирателей, огромным большинством поддерживающих своего соплеменника, негритянские политики вынуждены один за другим переходить в стан Барака Обамы. Их можно понять: поступить иначе значит наверняка накликать себе опасных соперников на ближайших выборах, и это соображение перевешивает все остальное. Последним по счету капитулировал герой движения за гражданские права, конгрессмен из Джорджии Джон Льюис. Перспектива утраты своего места оказалась гораздо мучительнее, чем побои от рук полицейских, которые он когда-то мужественно выносил, и конгрессмен Льюис, плача и стеная, переметнулся к Обаме.

 

Весной прошлого года все основные негритянские организации бойкотировали марши и другие акции латиносов в поддержку амнистии нелегальных иммигрантов. На проходившей в сентябре ежегодной законодательной конференции негритянской депутатской группы вопрос об иммиграционной реформе вообще был исключен из повестки дня. А когда член Палаты представителей Шила Джексон-Ли из Техаса предложила в 2006 году либеральный законопроект об иммиграции, ее поддержали лишь 9 из 43 чернокожих конгрессменов.

 

Предвыборная кампания ярко демонстрирует превосходство национального начала над классовым и глубину расхождения латиносов и негров. В номинационном процессе Демократической партии латиносы подавляющим большинством поддерживают Хиллари Клинтон, а негры – Барака Обаму. Независимо от исхода кампании обоим блокам невозможно будет угодить – один из них обязательно будет обижен.

 

Поэтому Обаме, который скорее всего одержит победу в этой борьбе, придется очень серьезно думать о том, чтобы пригласить на место вице-президента какого-нибудь латиноса, например, популярного губернатора Нью-Мексико Билла Ричардсона. В противном случае мощный блок избирателей латиноамериканского происхождения с высокой вероятностью откажется голосовать, а то еще хуже – отшатнется к республиканскому кандидату Джону Маккейну, который пользуется прекрасной репутацией среди латиносов.

 

Если же, паче чаяния, номинацию завоюет Хиллари Клинтон, латиносы с энтузиазмом поддержат ее на всеобщих выборах. Зато негры смертельно обидятся за “своего” Обаму и в знак протеста тоже, вероятно, массами уклонятся от участия в выборах. Между тем, даже если избирательная активность негров снизится всего на 5-10%, это фактически гарантирует республиканцу победу на выборах. Так, может быть, Хиллари имеет смысл взять Обаму в напарники? Вряд ли это устроит ее главных союзников – латиносов, а с ними шутки плохи (см. выше). Словом, куда ни кинь, всюду клин.

 

Будущее сулит дальнейшее обострение борьбы между выходцами из Латинской Америки и неграми. Латиносы недавно обошли негров по численности и официально стали ведущим меньшинством в стране. Демографические тенденции - в их пользу, и по мере роста своей численности и влияния они будут выдвигать все более и более жесткие требования, главным образом за счет чернокожих соперников.

 

В то же время перспектива постепенной утраты привилегий, которые негры привыкли принимать как должное, успехи конкурентов, шаг за шагом оттесняющих их от пирога, будут только обострять в афроамериканской общине панические и в то же время воинственные настроения, неумолимо подталкивая ее к открытой конфронтации с новыми баловнями фортуны. Предстоящие годы обещают немало интересного, особенно любителям острых ощущений.

 

Март 2008 г.

Оставить отзыв