Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

КЛЕВЕТНИЧЕСКИЕ ФАКТЫ

 

В лексиконе американских левых прочно обосновался термин, которого не было и в помине еще четыре года назад: “свифтбоутинг” в значении “безвинно оклеветать”, “измазать грязью в целях повредить карьере”. Этот термин приобрел особенно громкое звучание в ходе нынешней предвыборной кампании – оба кандидата в президенты от Демократической партии громогласно обещают своим сторонникам, что не позволят подвергнуть себя “свифтбоутингу”.

 

Их примеру следуют другие демократы, претендующие на выборные должности пониже. “Свифтбоутинг” возведен в ранг чуть ли не самого грозного оружия в руках политических супостатов. Откуда же взялось такое странное слово? Для ответа на этот вопрос нам придется вернуться на четыре года назад.

 

Двадцать девятого июля 2004 года младший сенатор от Массачусетса Джон Керри вышел на сцену бостонского “Флит-центра”, где проходил номинационный съезд Демократической партии, строевым шагом промаршировал к микрофону, взял под (воображаемый) козырек и отрапортовал своей партии, стране и миру, что он готов выполнить свой солдатский долг и взвалить на себя тяжкое бремя руководства величайшей страной на свете.

 

Стержнем предвыборной кампании Керри стала военная тема:  ветеран, грудью защищавший свою страну в далеком Вьетнаме, вернувшийся домой в ореоле славы, покрытый шрамами от ранений и увешанный боевыми наградами, услышал отчаянный зов гибнущей отчизны, препоясал чресла и вышел на бой за Родину, которую всеми силами стремятся погубить и извести мерзкие республиканцы во главе с этим недоумком Бушем.

 

Но, избрав военный эпизод своей биографии лейтмотивом президентской кампании, Джон Керри распахнул ящик Пандоры, и его прошлое вылетело наружу. Неожиданно на сцену выступила большая группа моряков, служивших во Вьетнаме на быстроходных катерах Береговой флотилии. Они объявили, что сделают все возможное, чтобы сорвать планы Джона Керри, ибо считают его недостойным занимать пост президента США и верховного главнокомандующего вооруженными силами страны.

 

Моряки во главе со всей командной цепочкой флотилии утверждали, что Керри практически полностью сочинил себе героическую биографию, и вообще бесстыдно лжет практически во всем. Обвинения были изложены в ставшей бестселлером книге “Непригоден для командования”, которую написал Джон О’Нил, сменивший Джона Керри на посту командира одного из катеров Береговой флотилии. Эту группу противников Керри стали называть “свифтбоутерами” по имени их боевых кораблей – быстроходных катеров (swift boats).

 

Джон Керри прослужил во Вьетнаме не год, как полагалось, а 4 месяца и 12 дней. Он добился ранней демобилизации на основании малоизвестного положения о том, что три боевых ранения, каждое из которых отмечено медалью “Пурпурное сердце”, дают право  требовать перевода в тыл. Многие ветераны Вьетнамской войны отказываются верить, что можно за какие-то четыре месяца получить три “Пурпурных сердца”, да еще не проведя ни одного часа в лазарете. В книге “Непригоден для командования” утверждается, что два из трех ранений, за которые Керри получил “Пурпурные сердца”, не были причинены огнем противника.

 

Врач в санчасти, куда обратился за лечением после первого ранения Джон Керри, вспоминает, что это была крохотная царапина на руке чуть повыше локтя (“вроде тех, что можно получить, когда возишься с розами”, - пояснял капитан-лейтенант в отставке Луис Летсон), из которой торчал крохотный кусочек металла. Доктор Летсон наложил на царапину полоску лейкопластыря Band-Aid, и на сем лечение закончилось. Из санчасти Керри отправился прямиком к командиру своего дивизиона  капитан-лейтенанту Гранту Хиббарду и потребовал, чтобы тот представил его к медали за ранение.

 

Но у командира сразу же возникло подозрение, что Керри лукавит: судя по показаниям членов экипажа, его катер в указанный день не подвергался обстрелу противника. Да и кусочек металла, причинивший царапину, не выглядел как осколок вьетнамского боеприпаса. Хиббард заключил, что Керри сам нанес себе “рану”, чтобы получить заветную медаль. К такому же выводу пришел и доктор Летсон.

 

Капитан-лейтенант Хиббард отказался представить Керри к “Пурпурному сердцу”, но у того нашелся в административной части штаба приятель-офицер, который спустя два месяца и занес его по знакомству в наградной список. Как бы там ни было, точно известно, что Джон Керри не провел ни одного дня в госпитале из-за своих ранений, что набрасывает еще более густую тень на их подлинность.

 

Аналогичные сомнения существуют и в отношении двух боевых наград Керри – медали “Бронзовая звезда” и ордена “Серебряная звезда”. Контр-адмирал в отставке Рой Хоффман, командовавший Береговой флотилией, где служил Керри, убежден, что наградные рапорты, которые тот представлял на самого себя в качестве старшего по званию на своем корабле, фальсифицированы.

 

В  героической автобиографии сенатора Керри одно из самых почетных мест занимает камбоджийский эпизод его военной эпопеи. О нем будущий сенатор впервые рассказал в письме в газету “Бостон геральд” еще в 1979 году, а затем многократно повторял его в самых разных обстоятельствах, в том числе и в Сенате.

 

“Я помню, как проводил Рождество 1968 года на борту моего катера в Камбодже, - рассказывал Джон Керри. – Я помню, как по мне вели шквальный огонь вьетнамцы и «красные кхмеры», а тем временем президент Никсон заверял американский народ, будто меня там нет, будто в Камбодже вообще нет наших войск. Память об этом выжжена – буквально выжжена! – у меня в мозгу”.

 

Приключения младшего лейтенанта Керри в Камбодже, по его собственным словам, стали поворотным пунктом в его жизни. Именно будучи в этой стране, он внезапно осознал, что ему лгали, что президент Соединенных Штатов обманывает американский народ, что его заставляют участвовать в грязной войне. Именно в результате этого прозрения он и преисполнился святой решимости бросить вызов силам реакции и империализма.

 

Беда, однако, в том, что вся эта красивая и трогательная история шита белыми нитками. Недруги Джона Керри категорически утверждают, что его камбоджийские приключения придуманы от первого до последнего слова.

 

По словам бывших боевых товарищей сенатора от Массачусетса, катерам их флотилии было строго-настрого приказано к Камбодже не приближаться, и в подкрепление приказа в пограничную реку были направлены патрульные корабли. Все до одного командиры Керри заявляют, что их катера ни разу не нарушили границы с Камбоджей. Даже в числе горстки ветеранов Береговой флотилии, поддерживавших Керри, не нашлось ни одного, кто подтвердил бы его версию.

 

Если верить Керри, он выполнял тайные задания по переброске в Камбоджу агентов ЦРУ и диверсионных групп. Но спецназовцы-ветераны Вьетнамской войны в один голос утверждают, что для этих целей громоздкие и шумные катера Береговой флотилии не годились. В распоряжении диверсантов были маленькие бесшумные моторки, но даже они использовались в редких случаях, а главным средством транспорта и снабжения в такого рода операциях были вертолеты.

 

Под градом неприятных опровержений штаб предвыборной кампании Керри забил отбой и начал лихорадочно латать прорехи, внезапно образовавшиеся в стройной биографии кандидата в президенты. Сначала было объявлено, что, мол, Керри патрулировал дельту Меконга “где-то посередине между Камбоджей и Вьетнамом”. Но авторы этой версии в спешке не удосужились заглянуть в атлас, а напрасно: они бы узнали, что дельта великой реки находится целиком во Вьетнаме, а его граница с Камбоджей пролегает далеко к северу, причем проходит она даже не по Меконгу, а по одному из его притоков.

 

Затем другой представитель штаба Керри выступил с новыми “разъяснениями”: дескать, Керри был “где-то рядом с Камбоджей” и “не исключено, что он мог случайно или преднамеренно пересечь границу”. Но ведь вся суть камбоджийской истории состояла в том, что Керри был повержен в глубокий шок, осознав, что он – участник тайной, противозаконной войны на территории нейтральной страны. И если он был лишь “где-то рядом с Камбоджей”,  значит грош цена его ослепительному прозрению, значит, рассыпается в труху вся мотивировка антивоенной деятельности, в которую он со страстью погрузился по возвращении из Вьетнама.

 

Впрочем, почему бы нам не свериться с официальной биографией бывшего кандидата в президенты от Демократической партии? Эта книга под названием “Воинская служба” (Tour of Duty), более смахивающая на хвалебную оду, написана историком Дагласом Бринкли на основании военного дневника и устных воспоминаний самого Керри. И что же там сказано? А сказано там то, что рождественские праздники 1968 года Джон Керри проводил в 55 милях от Камбоджи: он “писал письма и слушал, как палит в воздух, отмечая Рождество, пьяная южновьетнамская солдатня”. Опять, кстати, вранье: с какой стати вьетнамским буддистам праздновать абсолютно чуждое им Рождество, если они отмечают лунный Новый год – Тет, наступивший в ту пору двумя месяцами позже?

 

Но мало ли что там написано. Надо любой ценой выручать попавшего в беду кандидата. И верный Бринкли ринулся на подмогу. Он объявил в интервью лондонской газете “Телеграф”, что на Рождество 1968 года Джон Керри действительно был далеко от Камбоджи, но зато он “три-четыре раза заплывал в камбоджийские воды в январе-феврале 1969 года, выполняя тайные задания”. Странно, однако: в книге Бринкли почти 100 страниц посвящено деятельности Керри в означенные два месяца, с указанием точных координат мест различных событий, в том числе и неподалеку от Камбоджи, но нет ни единого упоминания о том, чтобы герой книги переходил границу. Видно, операции были такие ужасно секретные, что о них нельзя упоминать даже по прошествии десятков лет.

 

Но тут подоспело очередное официальное коммюнике штаба предвыборной кампании Керри, которое подсекло новую версию придворного историка. Оказывается, Керри “однажды пересек границу Камбоджи”, но когда – он не помнит.  Здесь же можно, кстати, привести еще один пассаж из книги “Воинская служба”, где Керри описывает, как он мчался на своем катере по пограничной реке, разглядывая территорию по ту сторону границы и гадая, что там происходит. Увы, ему не суждено было удовлетворить свое любопытство: это был последний патруль лейтенанта Керри. Спустя несколько дней он был отозван в США.

 

В 1995 году во время слушаний в Сенате по Уайтуотерскому делу 28-летний глава канцелярии министра финансов Джош Стайнер, уличенный в том, что его показания под присягой опровергались записями в его собственном дневнике, избежал обвинения в лжесвидетельстве ловким ходом, заявив, что он лгал своему дневнику (не имей 100 рублей, а имей толкового адвоката. Хотя, если разобраться, чтобы заручиться услугами толкового адвоката, нужны деньги - и немалые). Так может, Джон Керри тоже был не до конца откровенен со своим дневником?

 

Точку во всей этой истории было суждено поставить тому же Дагласу Бринкли. Выдержав двухнедельную паузу, этот лизоблюд, мечтавший стать придворным летописцем в администрации Джона Керри, вынужден был объявить в интервью “Вашингтон пост”, что камбоджийского эпизода “на самом деле, конечно, не было”. Спрашивается, зачем нужно было городить такие причудливые вавилоны, да еще уверять, что они “выжжены – буквально выжжены” в памяти?

 

У Бринкли просто не было выбора, он не мог окончательно рисковать своей репутацией. Ведь рано или поздно кому-то должно было придти в голову, что, например, на Рождество 1968 года президентом США все еще был Линдон Джонсон, а Никсон вступил в должность главы американского государства лишь в конце января и никак не мог в ту пору строить козни против камбоджийского народа. Или что «красные кхмеры» при всей ненависти к Джону Керри не могли вести по нему огонь просто потому, что их боевой организации в то время еще не существовало – она появилась лишь в 1972 году.

 

Такие примеры можно приводить без конца, но, думается, и без того ясно, что героическая биография Джона Керри относится скорее к жанру беллетристики и имеет мало отношения к тому, что происходило в реальности. Любопытно, однако, как реагировала на все эти откровения большая пресса. Поначалу выступления “свифтбоутеров” полностью игнорировались в надежде, что в атмосфере всеобщего молчания обвинения сами по себе заглохнут. Хотя сам тот факт, что более 250 матросов и офицеров выступили против своего товарища-ветерана, не имел прецедента и уже поэтому заслуживал внимания.

 

Более того, “свифтбоутеры” все до одного подтвердили свои обвинения в письменном виде под присягой, тем самым выказав готовность понести уголовную ответственность в случае, если будет доказана их лживость. В то же время горстка “боевых товарищей” Керри, с которым он был неразлучен на протяжении всей предвыборной кампании, защищала своего знатного покровителя вяло и неохотно; ни один из них не согласился подтвердить свои заявления в пользу Керри под присягой.

 

Тем не менее пресса молчала. Все ждали, что Керри осерчает и одним словом сразит нечестивцев. Тем более что автор разоблачительной книги Джон О’Нил открыто приглашал своего недруга подать на него в суд за клевету. Но сенатор безмолвствовал. Своим сторонникам он объяснял, что считает ниже своего достоинства отвечать на такие мелкие и недостойные выпады, хотя моряки наносили весьма чувствительные удары, которые никак нельзя было назвать комариными укусами.

 

Ввиду бойкота большой прессы они прибегли к платной телевизионной рекламе. “Свифтбоутеры” не располагали серьезными средствами, и их видеоклипы шли на “малом” экране – только в горстке штатах и на каналах второго плана. Тем не менее они имели оглушительный резонанс. Рейтинг Керри стремительно покатился вниз. Сенатор от Массачусетса так и не оправился от удара. Многие политологи убеждены, что своим поражением на выборах он обязан именно тому, что не ответил на оскорбления.

 

Между тем если верить, что Джона Керри  несправедливо обидели, ничего не могло быть проще, чем дать достойную отповедь “клеветникам”. Все, что для этого было нужно Керри, - это дать разрешение на предание гласности своего личного дела и истории болезни, хранящихся в архиве ВМС США. Но сенатор почему-то как воды в рот набрал. Не потому ли, что в случае иска за клевету его противники  для сбора доказательств автоматически получали доступ к заветным архивным данным, которые так бдительно оберегал Керри?

 

Техасский нефтяной магнат Т. Бун Пикенс, один из наиболее щедрых сторонников “свифтбоутеров”, решил раз и навсегда поставить точку в этой истории. Он публично предложил Керри миллион долларов, если тот убедительно опровергнет хотя бы одно из выдвинутых против него обвинений. Пикенс заверил сенатора, что уже достал чековую книжку, занес над ней руку с пером и нетерпеливо ждет, когда можно будет выписать чек. Ждет и не может дождаться, Керри хранит гробовое молчание. Небось, у техасца затекла рука – ведь пари было предложено три с половиной года назад.

 

Как ни странно может показаться, загадочное поведение кандидата в президенты от Демократической партии совершено не заинтриговало большую прессу, при том, что ставки в игре были чрезвычайно высоки - выше не бывает. Журналисты готовы были неделями копаться в платежных документах Национальной гвардии Алабамы в надежде найти микрокомпромат на Джорджа Буша, но старательно закрывали глаза на все нелепые выдумки Керри, даже самые вопиющие.

 

После того, как надежды на то, что “свифтбоутеры” сами по себе зачахнут, не оправдались, пропагандистский аппарат Демократической партии перешел в контрнаступление. Тон, как водится, задал директивный орган – “Нью-Йорк таймс”. Прервав долгое молчание, газета начала упоминать о “несправедливых” и “по большей части” дезавуированных нападках на Джона Керри. А затем ограничительное “по большей части” как-то само по себе отпало, а его место заняло категоричное “полностью”.

 

Остальные СМИ поняли намек, и вскоре большая пресса дружно заголосила, что Джон Керри пал жертвой грязной клеветы. Ее ничуть не смущал тот факт, что немногие попытки опровергнуть утверждения моряков закончились полным провалом, лишь подтвердив справедливость обвинений.

 

Да и как опровергнуть, к примеру, кадры кинохроники, где запечатлен Джон Керри, торжественно зачитывающий  на слушаниях в Сенате список “зверств американской военщины” во Вьетнаме – настолько абсурдный, что его происхождение не вызывает сомнений: это явный продукт коммунистической пропаганды (некоторые из “зверств” откровенно попахивают азиатчиной и вряд ли пришли бы в голову простодушным американцам).

 

Но факты фактами, а идеологические пристрастия важней. Левые знают и ценят слово (собственно, ничего другого они не умеют), пропаганда – их главное оружие. Прибегли они к нему и на сей раз. На свет появилась легенда о несчастном Джоне Керри, невинно оклеветанном безжалостными врагами, а тактика “гонителей” была пригвождена к позорному столбу новым словом, образованным по имени моряков Береговой флотилии: “свифтбоутинг”. Смысл его непредвзято расшифровывается очень просто: выдаваемые за клевету неопровержимые обвинения со стороны идеологических врагов. А если вспомнить словарь работников КГБ, там можно найти совершенно точный эквивалент иноземного слова “свифтбоутинг” – “клеветнические факты”.

 

Май 2008 г.

Оставить отзыв