Виктор Вольский

Йорктаун, Вирджиния

Веб-сайт: volsky.us

 

 

“НЕПРОВЕРЕННЫЙ” КАНДИДАТ

 

Хиллари Клинтон часто жалуется, что пресса – по лени ли или из предубеждения в пользу ее соперника Барака Обамы – не желает как следует порыться в его прошлом. В то время как она, Хиллари, “проверена вдоль и поперек”, Обама – совершенно “непроверен” и представляет собой неизвестную величину. Как можно номинировать человека, кандидатура которого потенциально грозит демократам катастрофой? Ведь если на свет выплывут какие-то неприглядные факты его биографии, кандидат не только сам пойдет ко дну, но и потянет за собой все надежды партии, возмущается бывшая первая леди.

 

У Хиллари Клинтон есть все основания сетовать на любовно-попустительское отношение прессы к Бараку Обаме, пусть даже к ее законным претензиям и примешивается личная обида на журналистов. Бывшую первую леди можно понять: еще буквально вчера представители прессы верноподданнически курили ей фимиам, как вдруг что-то стряслось, и они дружно перекочевали в стан ее соперника, словно моряки, зачарованные призывным пением сирены. Недаром правые называют их «пресститутками», горько думает сенатор от Нью-Йорка.

 

Однако она ошибается, утверждая, будто Обама – таинственный незнакомец, этакий Мистер Икс. При всем упорном нежелании прессы копаться в его грязном белье, о прошлом сенатора от Иллинойса, тем не менее, известно немало – достаточно, во всяком случае, чтобы составить вполне ясное представление о том, что он представляет собой как политик и с каким багажом баллотируется в президенты.

 

Политическая карьера Обамы началась в 1995 году, как нередко бывает, благодаря счастливому случаю. Чикагский конгрессмен-демократ Мел Рейнольдс, уличенный в растлении малолетних, вынужден был очистить свое место. Специальные выборы для заполнения неожиданно образовавшейся вакансии привлекли, в числе многих желающих, заслуженного ветерана чикагской политики и движения за гражданские права, штатного сенатора Алису Палмер, в окружении которой подвизался молодой активист Барак Обама.

 

Сенатор Палмер неосторожно поручила юному энергичному помощнику сторожить свое место в законодательном собрании штата, чтобы ей было куда вернуться в случае поражения на специальных выборах. Непростительная близорукость для маститого политического бойца! Когда Палмер, проиграв специальные выборы, попробовала было баллотироваться на свое место в сенате, Обама серией ловких юридических маневров – вот когда пригодилось гарвардское образование! – добился дисквалификации своей благодетельницы и всех остальных соперников-демократов, расчистив себе путь к победе.

 

Обама просидел в столице штата Спрингфилде три срока – с 1997 г. по 2004 г. За это время он ничем себя особенно не проявил, снискав известность главным образом отчаянным нежеланием высовываться, т.е. занимать конкретные позиции по острым вопросам, сопряженные с каким-либо потенциальным риском или грозящие навлечь на него неудовольствие избирателей или коллег.

 

Соответственно этому его излюбленной тактикой стало парламентское “воздержание” – ни “за” (Yea), ни “против” (Nay), а “присутствую” (Present). К примеру, сообщает “Нью-Йорк таймс”, в 1999 году в сенате Иллинойса обсуждался законопроект, разрешающий судить несовершеннолетних, совершивших определенные преступления, по законам для взрослых. Обама оказался перед трудной дилеммой: поддержишь законопроект – рискуешь вызвать недовольство негритянского электората, проголосуешь против – подорвешь свою репутацию борца с преступностью. Молодой сенатор принял соломоново решение уйти в кусты и при голосовании воздержался.

 

Сенатор Обама так вошел во вкус “умеренности и аккуратности”, что начал применять эту тактику даже в отношении популярных законопроектов, пользовавшимся поддержкой подавляющего большинства его коллег-законодателей. Он был единственным сенатором, который воздержался при голосовании по законопроекту о преподавании в школах норм взаимного уважения. Не рискнул он высказать своего отношения и к законодательной мере о запрещении торговать секс-товарами в непосредственной близости от школ и храмов (кого боялся обидеть Обама – торговцев порнографией?).

 

Политологи указывают, что воздерживаться при голосовании, пытаясь угодить и нашим и вашим, – вполне целесообразная тактика для политика, который думает в первую очередь о следующих выборах и ни с кем не хочет ссориться. Пусть обвиняют в беспринципности, главное – не нажить опасных врагов! А всего за свою недолгую карьеру штатного сенатора Барак Обама проголосовал подобным образом 129 раз. Так оно как-то безопаснее!

 

Не снискав лавров на законодательном поприще, Обама сделал, однако, нечто гораздо более важное для своей карьеры: он установил дружеские отношения с лидером демократического большинства в штатном сенате Эмилем Джонсом. Однажды Обама польстил всесильному политику, заметив, что тот настолько велик и могуч, что может кого угодно провести в Сенат США.

 

Джонс пристально посмотрел на юного сенатора и спросил, кого именно он имеет в виду. Обама ответил, что самого себя. Его дерзость понравилась маститому политику, и он взял Обаму под свое покровительство, в частности, защищая его от наскоков других сенаторов-негров, задетых за живое непомерной прытью молодого да раннего коллеги.  Один из них как-то заметил: Обама настолько честолюбив, что баллотировался бы в “короли мира”, если бы такая должность существовала и была вакантна.

 

Джонс также оказал Обаме бесценную услугу, поручая ему проводить через сенат важные законопроекты, к авторству которых он не имел никакого отношения. Тем самым лидер большинства выдвигал своего молодого коллегу к огням рампы и давал ему возможность приукрасить свой небогатый послужной список для целей дальнейшей карьеры.

 

В 2004 году Барак Обама решил, что пришло время ему выходить на “простор большой волны”, и выставил свою кандидатуру в Сенат США на пацифистской платформе. Поначалу казалось, что его затея обречена на провал: Обама безнадежно отставал от соперника-демократа Блэра Халла. И вновь вмешался случай. Незадолго до праймериз в газеты просочились порочащие Халла сведения в связи с его бракоразводным процессом, и Обама легко выиграл номинацию.

 

Наблюдатели настроились на ожесточенное противостояние молодого демократа и его противника-республиканца Джека Райана. Но верная фортуна и тут не изменила Обаме. Грянули новые разоблачения, Райан оказался замешан в сексуальном скандале и вынужден был снять свою кандидатуру. Спешно найденный ему преемник не смог составить серьезной конкуренции Обаме, тем более что тот, благодаря выступлению на съезде Демократической партии, к этому времени уже стал фигурой национального масштаба.

 

Обама уехал в Вашингтон, оставив в Иллинойсе память о себе как о чрезвычайно одаренном, бешено честолюбивом, но крайне осторожном, беспринципном и исключительно удачливом политике, который, однако, не полагается только на свою удачу и готов любыми средствами прокладывать себе путь наверх, не брезгуя никакими приемами: где нож в спину воткнет, где моську погладит, где ножку подставит, где карточку вотрет. Словом, ничего общего со светозарным мессией, жаждущим облагодетельствовать мир, как его изображает рептильная пресса…

 

В январе 2005 года Барак Обама принял присягу в качестве члена Сената США.

В “большом” сенате он оставался верен себе, стараясь не высовываться, проявлять минимум активности и ни с кем не ссориться. И уж, конечно, не упускать ни малейшей возможности любой ценой набирать политические очки.

 

Весьма показателен в этом отношении эпизод, описанный на днях в газете “Вашингтон пост”. В начале апреля 2006 года после долгих недель напряженных переговоров группа сенаторов от обеих партий выработала, наконец, соглашение о реформе иммиграционной политики. Усталые сенаторы вывалились в коридор и направились на пресс-конференцию похвастаться своим успехом. Навстречу им попался Барак Обама. “Могу я к вам присоединиться?” – спросил он. Вполне обычное дело для законодателей, которые приходят в неистовое возбуждение при одной мысли о близости микрофона.

 

Как водится в таких случаях, авторы законопроекта один за другим выступали перед репортерами, расхваливая плод своего двухпартийного творчества. И вот дошла очередь до Обамы. В своей речи он не поскупился на похвалы сенаторам, “которые вставали ни свет ни заря, вырабатывая эту договоренность”, и при этом включил в число подвижников… самого себя. Участники компромисса остолбенели от изумления: Обама имел лишь косвенное отношение к переговорам, а на утренних совещаниях, начинавшихся в 7 утра, вообще не был ни разу. И еще одна любопытная деталь: когда проект иммиграционной реформы был поставлен на голосование, сенатор от Иллинойса, давший ему столь лестную оценку, проголосовал “против”.

 

Политики вообще любят приврать при случае, чтобы выставить себя в выгодном свете или польстить аудитории. Как заметил один остряк, определить, когда политик лжет, ничего не стоит: раз он рот открывает – значит лжет. Не составляет исключения, как мы видим, и Обама, который врет часто и легко, а иногда даже вдохновенно.

 

Например, он рекомендуется “профессором конституционного права Чикагского университета”, хотя в списке профессорско-преподавательского состава числится всего лишь “старшим преподавателем”. Он похваляется, что через полгода после того, как мать и отчим привезли его ребенком в Индонезию, он уже свободно говорил по-индонезийски. Однако его учительница первого класса вспоминает, что язык ему никак не давался.

 

Обама со слезой рассказывает в своей книге, как в девятилетним возрасте в нем проснулось расовое самосознание под влиянием проиллюстрированной двумя фотографиями статьи в журнале “Лайф” о чернокожем американце, который изуродовал себя физически и психологически попыткой осветлить себе кожу. Историки журнала порылись в архивах и установили, что душещипательная история является фикцией – никакой статьи такого рода в “Лайфе” никогда не появлялось.

 

Особого внимания заслуживает прошлогоднее выступление Обамы в одной из церквей г. Селма (штат Алабама), где он прочувствованно помянул исторический марш из Селмы в Монтгомери – одну из наиболее важных вех движения за гражданские права – и прозрачно намекнул на свою косвенную причастность к этому великому событию.

 

Президент Джон Кеннеди и его брат Роберт бросили клич в мир, призывая униженных и оскорбленных уверовать в свои силы и ехать в Америку учиться, взволнованно рассказывал сенатор от Иллинойса. Их призыв был услышан в далекой Африке дедом будущего сенатора, который направил своего сына Барака Обаму за океан по воздушному мосту, организованному братьями Кеннеди. А тем временем по всей Америке прокатилась мощная волна освобождения и единения, поднятая маршем в Селме. Двое из его участников, студент из Кении и его белая подружка, полюбили друг друга, поженились и произвели на свет сына – Барака Обаму-младшего.

 

Эта красивая история произвела сильное впечатление на аудиторию, которой, однако, полагалось бы получше знать историю своего движения. Марш из Селмы в Монтгомери состоялся 7 марта 1965 года и никак не мог способствовать знакомству родителей Обамы, которому к этому времени уже шел четвертый год. А поскольку будущий сенатор появился на свет в августе 1961 года, как ни натягивай, его отец приехал в Америку самое позднее в ноябре предыдущего года. То есть если дед Обамы и услышал призывный клич американского президента, то принадлежал он все еще республиканцу Дуайту Эйзенхауэру, и уж точно не Джону Кеннеди.

 

Барак Обама проявляет едва ли не полное равнодушие к своим прямым обязанностям, ради которых избиратели Иллинойса направили его в Вашингтон. Будучи председателем подкомитета по европейским делам сенатского комитета по международным делам, он не провел ни одного заседания своего подкомитета, в ведение которого входит широкий круг вопросов, имеющих непосредственное отношение к сфере национальной безопасности, включая взаимоотношения Соединенных Штатов с НАТО и положение в Афганистане.

 

Обама провозглашает себя единственным кандидатом, способным подняться над партийными разногласиями и продуктивно сотрудничать с республиканцами во имя интересов страны. Но его послужной список не дает никаких оснований для подобных утверждений. Если кандидат Республиканской партии сенатор Джон Маккейн ради продвижения важных законодательных мер не раз и не два заключал союз с демократами с риском навлечь на себя недовольство своей партии, то Обама ни разу - ни единого раза! - не продемонстрировал аналогичной готовности протянуть руку республиканцам, хотя лозунги национального единства и двухпартийности не сходят у него с языка.

 

Другой конек Барака Обамы – “честное правительство”. Он неустанно клеймит циников и лицемеров от политики. Особое негодование вызывают у него темные пятна на чистом теле демократии – лоббисты. Но стоило корреспонденту “Нью-Йорк таймс” заглянуть в платежную ведомость избирательного штаба борца с этими “гнидами”, как выяснилось, что три ведущих политических помощника кандидата зарегистрированы как официальные лоббисты десятков корпораций, включая даже такие жупелы либеральной общественности, как “Бритиш петролеум”, “Локхид Мартин” и – страшно подумать! – “Уол-Март”.

 

Не красят непримиримого борца со “специальными интересами” и связи с темным чикагским дельцом Тони Резко. Поначалу сенатор соглашался “взять на себя” лишь шапочное знакомство с Резко. Но когда тот пошел под суд, местная печать начала всерьез раскручивать его историю, и на свет выплыло множество пикантных подробностей, касающихся взаимоотношений подсудимого с Обамой. Пришлось тому сознаться, что Тони Резко – его давний и близкий приятель, активный сторонник и крупный донор.

 

Вот, например, история покупки дома сенатором. В июне 2005 года Обама приобрел особняк стоимостью 2 миллиона долларов, который продавец в приступе непонятной щедрости уступил ему на 350 000 долларов дешевле реальной цены. В тот же день жена Тони Резко приобрела у того же продавца соседний участок земли и немедленно уступила часть его своему новому соседу, желавшему расширить свой сад.

 

В своей налоговой декларации за 2006 год Обама неосторожно забыл вымарать адрес своего нового дома, и следопытам из прессы не составило труда с помощью программы Google Earth получить его снимок, сделанный со спутника. И оказалось, что дом сенатора и участок миссис Резко составляют единое целое: озеленение и того, и другого нераздельное, оба обнесены общим забором, с улицы к участку нет иного доступа, кроме как через подъездной путь, ведущий к дому. Иными словами, “соседний участок” – просто двор дома, купленного сенатором. Вот вам и разъяснение загадочной скидки: Резко оплатил часть сделки, всучив “борцу против коррупции” взятку на 350 000 долларов. С такими друзьями не пропадешь!

 

Прокуратура располагает документами, из которых явствует, что менее чем за месяц до обеих сделок Тони Резко, испытывавший в то время финансовые затруднения, получил из Лондона перевод на 3,5 миллиона долларов от иракского миллиардера Надхми Аучи, осужденного во Франции на условный срок за коррупцию. “Откуда сенатор Обама взял деньги на покупку роскошного особняка – уж не от иракца ли?” – вопрошает лондонская газета “Таймс”. По сведениям Пентагона, Аучи, выставляющий себя жертвой Саддама Хусейна, на самом деле был тайным агентом тирана и занимался в основном отмыванием денег для багдадского режима.

 

Обама признал, что история с домом – “глупая ошибка” с его стороны, хотя и отрицал, что каким-либо образом нарушил закон. Тем не менее он объявил, что возвращает донорам 150 000 долларов, собранных для него Тони Резко, и передает на благотворительность еще 72 650 долларов, пожертвованных ему темным дельцом. И вообще что его связи с Резко гораздо обширнее и глубже, чем он признавал до сих пор.

 

Характерно, что это признание Обама сделал по методу, многократно проверенному Биллом и Хиллари Клинтон. Порочащая информация сбрасывается в СМИ в пятницу вечером, уже после того, как сверстаны вечерние выпуски телевизионных новостей. В выходные политические новости отходят на второй план, а в понедельник они уже вроде бы и не новости, и виновный приглашает прессу забыть об “этой давней истории”. Если он свой, либерал, журналисты с ним охотно соглашаются, и дело благополучно предается забвению.

 

Барак Обама прочно обосновался в крайне левой части идеологического спектра. Он постоянно твердит, что Америка – больное общество, находящееся во власти жадных корпораций, что десятки миллионов людей не имеют медицинской страховки, миллионы семей не могут позволить себе самого необходимого, американцы эгоистичны, опустошены, несчастны, погрязают в нищете и отчаянии – и в то же время повинны в моральном разложении и расизме.

 

Подстать диагнозу Обамы и предлагаемый им рецепт лечения больного общества. Его экономическая платформа предусматривает лавину программ, предназначенных исцелить все мыслимые социальные напасти, а также и ряд пока еще не выявленных недугов – в порядке профилактики. Хотя большинство из них не обсчитано, о масштабах социальных расходов, планируемых сенатором от Иллинойса, красноречиво свидетельствует, например, предложенный им в 2007 году законопроект «О борьбе с глобальной бедностью», который предусматривает ассигнование 845 миллиардов долларов на протяжении 13 лет.

 

Этот законопроект свидетельствует, что сердцу Обамы особо дорога цель искоренения бедности в странах Третьего мира, он жаждет нести “новые возможности в забытые уголки планеты… и начинать строить наш мир заново” - как поется в известном гимне, “Мы наш, мы новый мир построим”. На какие шиши, спросите вы, собирается он строить свой социализм? Ответ очевиден: придется налогоплательщикам раскошелиться.

 

Подстать экономическим замыслам сенатора Обамы и его позиция по важнейшему вопросу о том, чем должны руководствоваться в своих решениях члены Верховного Суда США. Объясняя в юридическом комитете Сената, почему он намерен голосовать против кандидатуры Джона Робертса (нынешнего председателя ВС), Барак Обама отметил, что в 95% случаев дела, поступающие на рассмотрение высшей судебной инстанции страны, лишены идеологической подоплеки. Но в оставшихся 5%, продолжал он, “судья должен прислушиваться к голосу своего сердца”.

 

Иными словами, с точки зрения сенатора от Иллинойса определяющим фактором должно быть не содержание закона, не текст Конституции, а эмоциональный настрой служителя Фемиды. Его роль заключается в том, чтобы “защищать беззащитных от хищных”, отдавая предпочтение “слабым перед сильными”. Согласно Обаме, функция Верховного Суда состоит не в том, чтобы охранять власть закона, а в том, чтобы вести классовую войну, разя “сильных и богатых” мечом богини правосудия. Вот, оказывается, чему учат будущих юристов в Гарварде! 

 

Неудивительно, что на основании результатов голосований в высшей палате Конгресса уважаемый внепартийный журнал National Journal два года подряд, в 2006 и 2007 гг., признал Барака Обаму “самым либеральным членом Сената”, либеральнее даже сенатора от Вермонта Берни Сэндерса, который официально принадлежит к Социалистической партии.

 

Опасаясь скомпрометировать себя в глазах умеренных избирателей, Обама объявил, что “все эти старые ярлыки гроша ломаного не стоят”, потому что, мол, многие вопросы, выносимые на голосование, “специально задуманы таким образом, чтобы разделять людей”. Однако каким-то образом 99 членов Сената все же сумели сманеврировать так, чтобы оказаться правее его.

 

Левизна Обамы, по его собственному свидетельству, имеет давние корни. В своей первой книге “Мечты, унаследованные от отца” (Dreams from my Father) он пишет, что, будучи студентом, он испытывал сильное влечение к марксизму и очень продуманно выбирал себе друзей из числа “профессоров-марксистов, структуралисток-феминисток, радикальных поэтов, работавших в жанре “панк-рок”, и активистов негритянского студенческого движения”.

 

Вступая на политическую стезю, Обама испросил благословения у совершенно одиозной фигуры - лидера известнейшей американской террористической организации “Везермены” Билла Эйрса, который провел полтора десятка лет в подполье, проводя теракты в зданиях Капитолия, Пентагона, Государственного департамента, ряда банков, полицейских управлений и судов. В 1981 году Эйрс сдался правоохранительным органам, но избежал заслуженного наказания из-за технических погрешностей, допущенных следствием.

 

В 2001 году Билл Эйрс, к тому времени уже профессор педагогики университета штата Иллинойс в Чикаго, опубликовал статью в “Нью-Йорк таймс”, где не выразил ни малейшего раскаяния в своем преступном прошлом. Наоборот, писал он, “надо было больше бомбить”. По иронии судьбы эта статья появилась в номере от 11 сентября, когда идеологические собратья автора совершили нападения в Нью-Йорке и Вашингтоне, которые этот нераскаявшийся террорист, надо полагать, приветствовал с восторгом и доброй завистью.

 

Репутация Билла Эйрса такова, что осенью 2006 года у него отобрали приглашение на конференцию “прогрессивных педагогов” на том основании, что его открытая поддержка политического терроризма может повредить репутации движения за прогрессивное образование. И этого человека, которого чураются даже его “прогрессивные” коллеги, Барак Обама почитает как политического ментора и называет своим другом.     

 

При таком послужном списке и с такими друзьями-наставниками спасибо еще, что Обама слишком занят, чтобы уделять внимание своим непосредственным обязанностям. На протяжении трех лет своего пребывания в Сенате он внес лишь один законопроект, который стал законом: “О мерах по укреплению благосостояния, безопасности и демократии в Демократической Республике Конго”. Красноречивое указание на его приоритеты, не правда ли? 

 

Итак, суммируя, можно без обиняков сказать, что Барак Обама - этот глашатай перемен, этот буревестник светлого будущего, этот “объединитель” - на поверку оказывается банальным политиком крайне левого толка, всецело приверженным радикальным социалистическим идеям перераспределения собственности по принципу “отнять у богатых и поделить между бедными”.

 

А если поскрести поглубже, из-под маски мессии явственно проступают черты  политического шарлатана и оппортуниста в духе Джесси Джексона или Ала Шарптона. Только если те работают грубо и напористо, зарабатывая – и очень неплохо зарабатывая - открытым расовым шантажом, то Обама – демагог новой формации, который делает политическую карьеру, спекулируя на горячечной мечте американского общества о расовой гармонии. А так – тех же щей, да пожиже влей.

 

Апрель 2008 г.

Оставить отзыв